Кино-2014: Сталью и топливом: страхи и колики

В прокате Иркутска и области – «Трансформеры: Эпоха истребления», четвертая часть самого безмозглого блокбастера из возможных.

«Трансформеры: Эпоха истребления» (Transformers: Age of Extinction) (12+). Режиссер: Майкл Бэй. США, Китай, 2014

Прошло какое-то время после предыдущих событий (см. «Трансформеры – 1, 2, 3»), и власть имущие вновь ополчились на автоботов и десептиконов (если вы до сих пор не в курсе, кто это, то лучше вам этого и не знать). Трансформер-дезертир Локдаун помогает церэушникам (гнусным и беспринципным, как полагается) схватить Оптимуса Прайма, лидера «хороших», человеко- и миролюбивых, трансформеров. Тем временем Джошуа Джойс (Стэнли Туччи), глава хай-тек-корпорации (как и полагается, не ведающий, что творящий) намеревается воспользоваться инопланетными технологиями в своем производстве робототехники. Ничего хорошего этот почин нашей планете не обещает.

Совершенно случайно в самый эпицентр очередной монструозной битвы металлических титанов попадает техасец Кейд Йегер (Марк Уолберг), сорокалетний изобретатель-неудачник и отец соблазнительной – и потому непутевой – 17-летней дочки (Никола Пелц). Ну а дальше известно что – симпатичную семейку (к отцу и дочке прибавятся приятель первого и ухажер второй) в вихре исполинских сражений будет носить туда-сюда, как сдуваемую ветром конфетную бумажку. И огромадной мировой аудитории это гомерическое зрелище по-прежнему покажется наисладчайшей конфеткой.

Интересно, что бы сказал советский писатель Александр Волков о такой вот эволюции его героя Тилли-Вилли из «Желтого тумана»?

«Эпоха истребления» – четвертая и, пожалуй, лучшая часть едва ли не самой дорогостоящей (и уж точно наиболее дурацкой) кинофраншизы в истории мироздания. Конечно, «лучшей» эта 157-минутная визуальная опера во славу пиротехники и программирования выглядит лишь на фоне трех прежних серий. Тем, кто в свое время вытерпел «Месть падших» и «Темную сторону Луны», «Эпоха» покажется семечками. Щелк-щелк-щелк – и нет их. Почти трех часов времени – как не бывало, и вроде бы даже слегка вкусно было.

Немаловажную роль в новом фильме играют так называемые, не смейтесь, диноботы

В общем, чувствуется, что Майкл Бэй явно не зря устроил себе в прошлом году перекур от дальнейшего пестования своего безумного детища – и выдал на-гора недурную криминальную комедию «Кровью и потом: Анаболики». Прямиком из этого опыта в четвертых «Трансформеров» перекочевали перманентный юморок (в прошлых сериях его было не так уж густо) и звездный полукачок Марк Уолберг. Любопытно, что изначально главная роль в «Эпохе» была предложена Дуэйну Джонсону (уже всамделишному суперкачку!), тоже сыгравшему в «Анаболиках». Но экс-рестлер Скала предпочел стать Гераклом в одноименном фильме, премьера которого вот-вот грядет.

Уолберг – он и в Техасе Уолберг

Итак, «юморок и Уолберг» – явно более выигрышная комбинация по сравнению с сочетанием «суета и Шайя ЛаБаф», правившим бал во все прошлые разы. Конечно, пресловутая и превеликая суета наличествует и здесь, однако уже к середине фильма она достигает таких кондиций, становится такой Воистину Суетой Сует, что с искренним презрением к ней уж никак не получиться отнестись. Ясно, что хлюпик ЛаБаф просто не выдержал бы такого напора хаотических передвижений, сражений, поражений и прочих железобетонных страстей. А Уолберг ничего, справляется, благо гораздо больше, чем война миров, его волнует потеря девственности его дочерью.

Таким образом, «человеческая» сторона фабулы «Эпохи истребления» повторяет сюжетную линию бэевского же «Армагеддона», где Брюс Уиллис схожим образом защищал честь своей дочери Лив Тайлер от посягательств младого пижона Бена Аффлека. Впрочем, в «Армагеддоне» эта линия все-таки запомнилась, а «Трансформеры-4», наверное, уже через неделю после просмотра невозможно будет отличить в собственной памяти от трех предыдущих частей. И все слова, какие придут на ум при попытке пересказать «Эпоху», будут с увеличительными суффиксами: «громадина», «махина», «машинища», «небоскребище». А само название стоило бы перевести как «Эпоха истребилова». То есть прежде всего «истребилова» всякого смысла.