Художники и клирики. Прецедент «Тангейзера»
Рискуя быть преданной позорной анафеме, редактор «Бабра» решила заступиться за безбожных кощунников.
Два года назад, в славные времена «болотных» и «сахаровых», когда на митинг ходили чаще, чем в кондитерскую за капкейками, в обществе заново родился коммерческий бренд под названием ОАО «РПЦ».
Каждый мало-мальски оппозиционный деятель песочил православную церковь за ее рыночность и стяжательство.
Буржуазные часы Breguet на руке патриарха, люксовые иномарки у приходских священников, золото и пышность церковного убранства. В общем, старания реформаторского движения прошли для православной конфессии почем зря. Лютер и Кальвин с томным скрипом ворочаются в гробу.
И не сказать, что коммерческая составляющая РПЦ проявилась только и именно два года назад. Нет – еще с 90-х тянутся бородатые байки об аферах церкви с алкоголем и табаком. И не секрет это никакой.
Но нам то с вами, светским и энциклопедичным, что до этого? В конце концов, нам Кант дал наказ не бояться пользоваться разумом, Декарт внушил рациональное сомнение. А они – пусть себе зарабатывают как хотят. Времена рыночные, лютые, всем хочется кушать устрицы по выходным и в Европу на майские праздники.
Но, как оказалось позже, явная коммерциализация и обмирщение церкви стали наименьшими из бед на нашу проницательную на лицемерие голову.
Тут – бац! – и в конституционно светской стране приняли закон о защите чувств верующих. И теперь РПЦ может прийти в любой дом, учреждение, социальный институт и сказать – вы оскорбляете наши чувства! И запретить нам что-то делать. Или потребовать, чтобы мы делали что-то по-другому. Потому что это оскорбляет некие религиозные чувства.
И в этом срезе прецедент оперы «Тангейзера» в постановке Новосибирского театра может стать пахотным полем для наращивания нападок клерикально настроенной части общества на часть светскую, вольнодумную и не обремененную религиозными предрассудками.
История-то порядком замшелая уже. Новосибирская прокуратура по требованию РПЦ завела административное дело об осквернении религиозных символов против режиссера оперы и директора театра.
В авторской версии «Тангейзера» Иисус стал героем эротического фильма. Такого духовенство не снесло.
10 марта суд оправдал создателей оперы. Официальный правовой прецедент по новому закону об оскорблении чувств верующих так и не был создан.
Однако новосибирская епархия РПЦ решила пойти до конца и до последних инстанций, и накануне обратилась в Минкульт с просьбой запретить оперу к показу. Помимо прочего, новосибирские клирики активно натравливают на «Тайзенгера» Генпрокуратуру, СК, ФСБ, Счетную палату – всех разом. Молитвенное стояние собираются провести. Богохульники, но пасаран.
Возможно, все самое интересное впереди. И если не правовой прецедент, то культурно-этический уж точно будет создан. Вернее, уже создан. «Тангейзер» превратил уголок далекой Сибири в маленький военный полигон – творческая интеллигенция и духовенство схлестнулись в ристалищах. Мировоззренческий клинч.
К чему я все это.
Чувства верующих рискуют начать размножаться почкованием – активно и бесперебойно. Сегодня под прицелом – довольно провокационный «Тангейзер», завтра – вольнодумные, но вполне себе безобидные авторские версии чего-то там. А дальше, с небольшим лагом, священнику из городской епархии не понравится ваш пост в соцсети. Прецеденты трагически опасны, вы знаете.
Буржуазность и коммерциализированность церкви теперь кажутся просто неприятным бонусом. Тут проблема поважнее – художники и клирики, светско-креативное и догматично-религиозное.
Новый тип конфликта. Посильнее пресловутого конфликта цивилизаций «а-ля Самюэль Хантингтон». Потому что у верующих есть закон, которым они могут ткнуть кого угодно. А у всех остальных есть только: «Я художник, я так вижу».
В общем, совет всем креативным рационалистам и позитивным кощунникам - осторожнее с чувствами. Чувства эфемерны, изменчивы и навязчивы. А теперь еще и таят в себе состав административного, а то и уголовного правонарушения.
Конфессия тут, конфессия там. Смотри – не наступи.
