Пытки, угольная пыль и восхваление начальства. Как устроена жизнь в СИЗО №1: рассказывает Влад Марусов

Влад Марусов полтора года провел в иркутском СИЗО № 1 по обвинению в убийстве любовницы оренбургского миллионера и владельца компании «Руссоль» Сергея Черного. В октябре 2020-го парня оправдали — и теперь он рассказал Бабру, что на самом деле происходит в «самом страшном СИЗО в России».

Данный материал — первая часть большого эксклюзивного интервью, первого для Влада Марусова после его выхода на свободу. Полную версию разговора Бабр опубликует в ближайшее время. Предыстория дела Марусова изложена в конце этого текста.

Подробнее о ходе расследования Бабр также рассказывал в отдельных материалах:

Особо важное непонятное «убийство»

Дело Марусова. Малахов рассказал об иркутском скандале на всю Россию

«Мазерати» и ресторан для свидетельницы обвинения. Новые подробности в деле Марусова

— Как выглядит обычный день в СИЗО № 1?

— Подъем в шесть утра. В 6:15 начинается зарядка, она длится 15 минут. Вообще-то это инициатива администрации и обязательной она не является, но так как СИЗО № 1 — самое страшное в стране, то там все строго следуют установленному распорядку. При этом по тюремным понятиям ты ее делать не должен.

После зарядки и до восьми часов утра — завтрак. С восьми до десяти идет просчёт — «разработочные» камеры (то есть те, где одни заключенные пытают других по согласованию с администрацией СИЗО с целью «выбить» нужные показания или признание — Бабр) начинают петь гимн России и песни, восхваляющие администрацию. Я думаю, это такой способ психологического давления, сведения с ума.

— Песни, восхваляющие администрацию СИЗО? Такие есть?

— Есть! По камерам распространяют эти тексты, заставляют каждого их себе переписывать и учить.

Потом все выстраиваются напротив «робота» — дверей в камеру, дежурный пересчитывает людей. После этого все выходят, в «хату» заходят полицейские и все простукивают на предмет «стремов» — запрещенных предметов, потом выходят и запускают всех обратно. После просчета тебя могут вызвать к адвокату, если он придет, или к следователю, если тебя вызовут. С часу до двух обед.

После двух опять приходят адвокаты. Если их нет, ты просто находишься в камере — читаешь, пишешь письма, разговариваешь с сокамерниками. Спать нельзя, сидеть и лежать на кровати нельзя, на полу лежать тоже нельзя. Можно только сидеть на лавке, но голову на руки и на стол опускать запрещено — если так сделать, то дежурный постучит в камеру и разбудит тебя. За тобой постоянно следят за тобой через «пику» в двери.

— Есть ли видеонаблюдение в камерах?

-В каких-то есть, но если тебя «разрабатывают», то камера не поможет — никто из сотрудников СИЗО все равно не придет тебя спасать.

Ужин длится с пяти до шести часов вечера. С семи до девяти проходит вечерний просчёт — точно такой же, как и с утра. Потом начинается подготовка ко сну и в десять часов объявляют отбой. До шести утра положен «непрерывный сон». Основной свет выключают, но остаётся «луна» — это простой настенный светильник, который работает всю ночь для того, чтобы дежурные могли смотреть за происходящим в камерах. Темно в камерах не бывает вообще никогда, ты постоянно спишь при свете и это очень тяжело физически. Ну и раз в неделю «баня» — так в СИЗО называют самый обычный общий душ.

Еще есть прогулка — один час в день до или после обеда. Как это выглядит — тебя вместе со всеми выводят в бетонный бокс на третьем этаже СИЗО, где вместо потолка сетка-рабица. Свет и воздух туда не попадают, только с котельной сыпется угольная пыль, которой ты и дышишь. В камеру ты возвращаешься черный.

В таких условиях ты просто хиреешь. Если открыть в камере окно, то вид там всегда на какую-нибудь стену. Траву как будто бы специально выдирают, чтобы ты даже зеленого ничего не видел — все засыпано какой-то щебенкой. В редкие моменты в камеру попадает свежий воздух, и тогда у тебя есть буквально 30-40 секунд насладиться свежестью, запахом свободы. Но не более того.

Когда я вышел из суда [после оправдательного приговора], я просто потерялся в пространстве. Рядом с тобой нет конвойного, нет вообще никого. Год и семь месяцев ты сутки напролет находишься среди людей, ты не можешь уединиться, на тебя всегда смотрят, с тобой всегда хотят поговорить — у тебя никогда нет никакой зоны комфорта. Там ты к этому привыкаешь, а потом выходишь на волю и вокруг тебя никого нет. Ты смотришь по сторонам и понимаешь, что тебе можно пойти куда угодно. И это очень странное чувство. В заключении сознание меняется.

Из окна изолятора мира представляется нереальным — это просто какая-то другая планета, где кто-то живет, но ты к ней не имеешь никакого отношения. Это все как будто в телевизоре, а для тебя существует только вот эта, тюремная, жизнь. С волей ты себя ассоциировать перестаешь.

Дело Марусова. Предыстория.

В сентябре 2018 года в прибайкальском поселке Листвянка погибла 28-летняя модель, бодибилдерша и начинающая бизнесвумен Анна Малая. Полгода дело вели районные следователи, а причиной смерти считался несчастный случай. Сомнений не вызывали и показания свидетеля по делу — Влада Марусова, который помогал девушке по бизнесу, выступая в том числе ее водителем. В ту ночь Малая сама попросила парня отвезти ее на Байкал, где она захотела «зарядиться в месте силы» после бурной вечеринке. Марусов остался в машине и уснул; полчаса спустя он обнаружил тело девушки в воде у подножья обрыва.

Но в начале 2019 года в деле начались странности. Сначала его передали в ведение Третьего отдела управления Следственного комитета по Иркутской области, обычно занимающегося особо важными делами (к которым этот случай не относится). Новые следователи сразу же отказались о версии о несчастном случае, а Марусова перевели из свидетелей в подозреваемые. Новой версией стало умышленное убийство из корыстных побуждений — якобы Влад тайно присваивал деньги Малой, к которым имел доступ как помощник по бизнесу, а затем решил скрыть воровство, убив саму девушку.

В феврале того же года иркутянина арестовали и отправили в СИЗО № 1, где он провел в общей сложности 19 месяцев — пока в октябре 2020-го коллегия присяжных не оправдала его единогласным решением. Свою версию обвинение доказать так и не смогло — в ней было слишком много противоречий и странных свидетелей, но слишком мало явных доказательств. В конечном итоге независимая экспертиза не нашла никаких признаков умышленного убийства.

Сам же Марусов уверен, что причиной столь странного поведения следователей стало вмешательство в ход дела Сергея Черного — оренбургского миллионера и владельца компании «Руссоль» — крупнейшего производителя соли в России. По версии иркутянина, бизнесмен состоял с Малой в неофициальных отношениях, чего не скрывал и сам, а после смерти девушки приревновал ее к Марусову и начал угрожать тому тюремным заключением. После этого парень и отправился в СИЗО, а его на его семью начали оказывать серьезное давление.

В СИЗО Марусов подвергался пыткам и избиениям, но все равно не подписал явку с повинной. Выйти на свободу он мог уже в марте 2020 года, когда закончился первый судебный процесс по его делу — считается, что присяжные были готовы оправдать подозреваемого, но в последний момент прокурор заявил отвод судье, что привело к «обнулению» всего процесса и роспуске коллегии. Дело отправили на новое рассмотрение, которое в октябре 2020 года закончилось оправдательным приговором.

Сторона обвинения, впрочем, намерена вернуть Марусова в изолятор и судить его в третий раз — в ноябре прокурор подал кассационную жалобу, которую сейчас рассматривает Пятый апелляционный суд общей юрисдикции в Новосибирске.

В тексте использованы фотографии из фоторепортажа Марии Оленниковой для IrkutskMedia.ru и из личного архива Влада Марусова