Кудхотуед из Куйтуна
Необычное транспортное средство - пневмоход, получивший в народе название кудхотуед (куда хочу, туда и еду), - может пройти по лесному валежнику, проплыть по реке и даже переехать через человека, не причинив последнему вреда.
Делайте тракторы, нечего в космос заглядываться
В Куйтуне об этом человеке можно услышать разное: кто утверждает, что изобрел он некий гибрид трактора с мотоциклом и теперь местная пацанва считает делом чести обзавестись таким же, кто поговаривает, что техник в своей мастерской некогда собирал настоящий самолет.
Вопреки ожиданиям, отыскать Александра Наумова в большом поселке Куйтуне оказалось непросто. Слышать о его изобретениях доводилось почти каждому, а вот на вопрос, где находится мастерская, местный люд недоуменно пожимал плечами. Только в поселковой школе указали рукой в нужном направлении и заверили: "Вы его там в любое время дня и ночи застанете!"
Маленький кирпичный домик на задворках все той же школы больше походил на трансформаторную будку, чем на мастерскую изобретателя и руководителя авиамодельного кружка при местном Доме творчества. Сбоку этого архитектурного сооружения присоседилась заброшенная школьная тепличка. То, что хозяин внутри мастерской, можно было безошибочно определить по невиданному доселе транспорту: мотоцикл на трех колесах от грузовика. Рядом - гора железного лома и куски черной резаной резины. Обойдя здание кругом, я все же не сразу поняла, где здесь вход. Лестница вела наверх через распахнутую дверь на заброшенный чердак, вторая дверь, совсем низкая - закрыта. Единственное окошко прокоптилось изнутри настолько, что разглядеть сквозь него хоть что-нибудь казалось невозможным.
- Проходите, - после настырного стука скрипнула железная дверь, и оттуда послышался не очень приветливый голос: - Ну и напишете вы, а дальше что? Если бы после этого кто-нибудь откликнулся да и помог хоть как-то нам выжить... С советских времен ни копейки не получали. За счет того металлолома, что люди на свалки выбрасывают, мы существуем. Так это хорошо еще, когда находим, что подобрать. Сейчас с каждым годом все меньший "урожай" собираем: теперь ведь лишнюю железку не выкинут, а сами "заштопают". Люди-то беднее жить стали. Вот и к нам придет пацан, "хочу мастерить", говорит, а что я ему предложить могу, когда у нас даже на элементарщину средств нет... Бедолага походит, походит, прокатиться у одного попросит, на другого посмотрит, как тот гайку завинчивает, да и снова на улицу. Оно и понятно: родители ребенку лучше ботинки новые купят, чем железяку.
Когда-то воспитанники Наумова призовые места держали на областном чемпионате по авиамоделизму. Но несколько лет назад в здании, где раньше находилась мастерская, случился пожар: сгорели авиамодели, и материалы, и инструменты, да и сама мастерская. Проще говоря, осталось подрастающее поколение куйтунских техников без "хлеба" и без "дома". Сгорела в пожаре и самая главная мечта Наумова - самолет.
- Часть хвоста была уже готова, руль поворота, крыло... Да что сейчас об этом говорить! Не надо, - замолкает собеседник. - Пацанов жалко. Они же потом, как кроты, возились на этом пепелище. Все перекопали... Некоторое время нам вообще негде было пристанище найти, чтобы заново начинать. Потом вот это здание отдали. Тут такое творилась! Долго мы хлам разгребали да гравием потом пол засыпали. Главное сейчас - чтобы не выгнали нас отсюда. Теперь вот практически из ничего собираем эти пневмоходы. "Живете в деревне - делайте тракторы, нечего в космос заглядываться" - так оно выходит.
Кудхотуед продали за три тысячи рублей
Для сборки пневмохода, или, как его пацаны прозвали за надежность, кудхотуеда, всякая железячка дорога. Мотор от мотоцикла, трубы водопроводные, перекладины от кровати... И даже странно представить, что конструкция, собранная из этого металлолома, да еще и мальчишками малолетними, может ездить. Может, да еще как! "И по дровам он запросто, и на воде держится, еще и с тремя пассажирами, и через человека мягко пройдет, и на зиму вместо колес на лыжи поставим", - уверяли пацаны. Посмотреть на это своими глазами не пришлось, а вот фотографиям подивилась.
Но больше всего поразило то, что умудряется Наумов изобретение совершенствовать от модели к модели. Отнюдь не мертвым грузом лежит на столе мастера стопка журналов разных из серии "Наука и техника". "Единственные мои учителя - книги, да еще телепередачи Соловьева "Это вы можете", - признался Наумов.
- Кому-то пневмоход этот нужен исключительно для того, чтобы на рыбалку ездить, вот мы рассчитываем, чтобы он и по болоту пройти смог, и на воде с него рыбачить можно было, - продолжает техник.
Пневмоходов, собранных разными поколениями воспитанников Наумова, насчитывается 12 штук, но в самом Куйтуне осталось не более четырех чудо-юдо-машин.
- Приходят иногда люди, просят продать по дешевке, чтобы в лес ездить. В прошлом году, например, один продали за три тысячи. Мотор новый купили на эти деньги. Одно железо сбываем, закупаем другое. Но это единичные случаи. Жив-то этим не будешь.
На полу в мастерской россыпь кусков резины: мальчишки с выброшенных покрышек грузовиков срезают протекторы, чтобы проходимость у техники лучше была. На обработку одного колеса 200 часов работы уходит.
Под потолком - несколько стрекоз-самолетиков. То, что удалось смастерить мальчишкам уже после пожара.
- У нас все пацаны рукастые и головастые, - говорит Александр. - Почти все и упрощенный сварочный аппарат сами могут сделать, и запчасти. Один умелец самостоятельно мотор смастерил. Сейчас он токарем прекрасным стал. А приходят пацаны совсем зеленые, просишь рубанок принести, а он молоток тащит.
* * *
Когда чуть подсохнет земля после талого снега, в небе Куйтуна, как и все последние 20 лет, начнут кружить самолетики. Может быть, в последний раз: нет у куйтунских авиамоделистов средств ни на инструменты, ни на материалы для последующих изобретений. И это беда не одного поселка и не одного района - это всеобщий позор, когда на свалки вынуждены идти те, кого все еще манит небо.
