Байкал в окружении пыточных: Бурятия не отстаёт от Прибайкалья

Пытки в колониях Иркутска будоражат федеральных и местных журналистов. Однако в Бурятии ситуация не лучше, чем у западного соседа, и связана она с многочисленными случаями полицейского насилия. Самые жуткие случаи истязаний также гремели на всю Россию, но пытки в бурятском МВД при покровительстве министра Кудинова до сих пор происходят с пугающей регулярностью.

На пресс-конференции 23 декабря Владимиру Путину задали вопрос о пытках и изнасилованиях в колониях и СИЗО №1 Иркутска. Вопрос задала Ксения Собчак, недавно вернувшаяся со съёмочной группой из Прибайкалья. Журналистка также спросила, согласен ли президент с тем, что пытки в тюрьмах носят системный характер и заявила, что только в иркутском СИЗО №1 более 300 людей, подвергшихся пыткам и изнасилованиям.

В итоге президент России признал массовый характер пыток и поручил минюсту РФ и Генпрокуратуре к 1 июня 2022 года разработать предложения по прекращению пыток и издевательств над осужденными и лицами, находящимися под стражей.

Новости о пытках в регионах вызывают небывалый ажиотаж в федеральных СМИ. В Бурятии подобным славится скорее полиция, чем местное управление ФСИН. Правозащитники то и дело сообщают о неоднократных случаях угроз и пыток в отношении не только заключённых, но и задержанных.

Бабр ранее опубликовал хронику наиболее громких и кровавых случаев истязаний в полицейских участках, произошедших при нынешнем министре МВД Олеге Кудинове. По регионам прокатилась волна уголовных дел и увольнений, однако до главного покровителя кошмарных зверств в республике рука закона так и не добралась

Пока Кудинов занимает министерское кресло, ситуация может измениться лишь в худшую сторону – МВД Бурятии начнёт лучше скрывать случаи насилия над задержанными от глаз правозащитников и журналистов, что даст карт-бланш полицейским на более активное использование жестоких методов дознания.

Ранее главный полицейский республики боролся с раскрытием информации о беспределе в его ведомстве с помощью судебных исков о защите деловой репутации. Иронично, что судебные дела в итоге ещё больше ударили по репутации Кудинова, которого стали воспринимать как злодея, пытающегося заткнуть рты тем, кто раскрывает или говорит правду о жестокости местной полиции.

Полицейские пытки в Бурятии не испарятся сами собой. Они продолжат негативно сказываться не только на отношении людей к правительству Бурятии, но и в целом к государству и к его силовому аппарату. Если федеральные власти реально планируют бороться с пытками, то сохранение Кудинова на посту министра МВД может ещё больше подорвать народное доверие к российским силовикам, ведь без дознания бутылкой и шваброй его подчинённые не смогут показывать достойную статистику.