Инсайд. Когда в Монголии начали искать «третьего соседа»

Оказывается, политическая стратегия поиска «третьего соседа» возникла в Монголии не после развала СССР, а почти 100 лет назад, в далекие 20-годы XX века.

MONUZEL приводит выдержки из записки уполномоченного Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала (ИККИ) в МНР Матвея Амагаева, в которой он в 1927 году докладывал в аппарат ИККИ о правой группировке в МНРП и о попытках ее лидеров Церен-Дорджи и Цыбена Жамцарано ослабить влияние СССР в Монголии и через бурятских деятелей Даши Сампилона, Цыден-Еши Дашипилона (Дашепылова) и Эрдэни Батуханова (Никиты Бутуханова) наладить связи с республиканской Германией.

«...Основы националистической платформы Церен-Дорджи — Жамцарано, которые в период февраля — апреля сего года были усвоены всеми руководящими деятелями ЦК и ярче всего выражены в выступлении Церена на февральском банкете, сводятся к следующим двум моментам: 1) укреплению монгольского национального корня и 2) борьбе с худонской оппозицией.

Что это означает? В настоящих политических условиях укрепление монгольского национального корня расшифровывается как принятие курса на постепенное высвобождение Монголии из-под влияния Советского Союза и МНРП из-под влияния Коминтерна.

Незадолго до мартовского Пленума ЦК Жамцарано как в своих выступлениях в самом ЦК, так и в разговорах с отдельными лидерами, усиленно выдвигал мысль о вмешательстве Коминтерна во внутренние дела Монголии, ссылаясь на январскую резолюцию Коминтерна о белых инструкторах в монгольских учреждениях, бегстве в Маньчжурию трех ветврачей-белогвардейцев и признании революционного движения во Внутренней Монголии частью общекитайского революционного движения. Демагогически развивая националистические чувства цекистов, Жамцарано дошел до открытого заявления на заседании ЦК о необходимости пересмотра отношения партии к Коминтерну.

...Важнейшим моментом программы практических действий правых является борьба за ослабление влияния Коминтерна. Первым ударом в этом направлении явилась критика январской резолюции ИККИ, сдобренная чрезвычайно льстивыми, в восточном духе, фразами, которая носила крайне демагогический характер и имела целью прощупать настроение цекистов в отношении резкой критики постановлений Коминтерна.

В то же самое время, наряду с демагогической критикой и провокационными выступлениями в духе Жамцарано, лидеры правого крыла пытались получить санкцию Коминтерна в своей борьбе с худонской группой, получить от него подтверждение, что их разногласия с худонцами не носят принципиального характера и не связаны с «переменой партийной политики». Правые лидеры учитывали, после проведения в ЦК ответа на январскую резолюцию Коминтерна, возможность разоблачения Коминтерном их ревизионистской политики, и готовили на этот случай контробвинение Коминтерну в политике раскола МНРП с целью поставить вопрос об организационном разрыве с последним.

...Стремясь к возможно полно эмансипации, правые через бурятскую интеллигенцию — Сампилона, Гочитского и Батухана — нащупывают почву для связи с Германией, и обрабатывают одновременно партийное и общественное мнение в пользу новой ориентации во внешней политике на Германию«.

Источник: Монголия в документах Коминтерна (1919–1934). Часть I (1919–1929)// 17 сентября 1927 г. [Записка М.И. Амагаева в Восточный секретариат ИККИ] «Группировки в МНРП перед VI партсъездом». — Улан-Удэ, Издательство БНЦ СО РАН, 2012, стр. 234

Читайте также:

тИнсайд. Джо Байден: «Америка — „третий сосед“ Монголии»