«Самоубийца» в МХТ: из жизни старых привидений

Нельзя войти в одну реку дважды.
Гераклит

Спустя полтора года после окончания масштабной реконструкции и три года после перехода в муниципальный статус Молодёжный художественный театр Улан‑Удэ порадовал поклонников премьерой спектакля «Самоубийца». Вернее, восстановленной версией легендарной постановки 1990 года культовой пьесы гения советской драматургии Николая Эрдмана.

Разумеется, культурная редакция Бабра не могла пройти мимо этого события. Попасть на спектакль в МХТ непросто, поскольку спектакли редки, а зал вмещает всего 42 человека. Однако нам это удалось, правда, к счастью или разочарованию, мы, по большому счёту, так и не поняли.

Пьеса «Самоубийца» была написана соавтором сценариев к фильмам «Весёлые ребята» и «Волга-Волга» и автором либретто советской версии оперетты Штрауса «Летучая мышь» в 1928 году и при жизни автора не издавалась на его родине и не ставилась в театрах Союза, попав под тотальный запрет.

Впервые свет рампы комедия Эрдмана увидела в 1969 году в шведском Гётеборге за год до смерти автора, после чего была поставлена ещё во множестве театров мира, включая Бродвей и Королевскую шекспировскую труппу.

В СССР преодолеть цензурный запрет удалось лишь в 1982 году, когда премьера «Самоубийцы» с Романом Ткачуком в главной роли состоялась на сцене Театра сатиры в постановке Валентина Плучека. Однако вскоре и эта постановка попала под жернова цензуры. В 1989 году восстановленный Плучеком спектакль был снят Центральным телевидением.

На сегодняшний день пьеса Эрдмана «Самоубийца» побывала в репертуаре каждого уважающего себя драматического театра и считается одним из ярчайших произведений советской драматургии.

«Самоубийца» – знаковый и, как сегодня принято говорить, культовый спектакль МХТ из так называемого «Золотого фонда». В 1990 году Молодёжный художественный театр Улан‑Удэ под управлением Анатолия Баскакова наряду с пермским театром «У моста», Челябинской драмой и столичным Театром на Таганке стал одним из первых коллективов, воплотившим на своих подмостках не потерявшую злободневности комедию.

Сразу скажем, что в ноябре 2022 года мы увидели в МХТ не новую версию спектакля, и уж тем более не новую редакцию, как анонсировалось в предпремьерных интервью и анонсах. Увидели мы ту же самую «комедию из жизни привидений» 1990 года в постановке заслуженного деятеля искусств России Анатолия Баскакова. От слова до слова, от жеста до жеста, от ноты до ноты.

С тем же бесподобным, но заметно повзрослевшим Леонидом Ивановым в роли Подсекальникова, теми же заслуженными Софьей Гущиной, Любовью Рябковой и Владимиром Витиным, тем же Калабушкиным-Мордвиным и примкнувшей к мэтрам молодёжью в ролях менее значительных.

Не секрет, что ремейки никогда не получаются лучше оригинального фильма. Точно так же ещё ни разу в истории театра восстановленный спустя какое‑то время спектакль не получился лучше изначальной версии. Не стал исключением и «Самоубийца» в МХТ.

При всех неоспоримых достоинствах, обусловленных гениальностью пьесы и мощью постановки 32‑летней давности, спектакль вышел слабее своей более ранней версии. Главные герои, хоть и бодрятся, но уже не такие «лёгкие», молодёжь явно не дотягивает до уровня своих более маститых предшественников. Вполне логично затёрлись либо вовсе потерялись под гнётом времени некоторые «фишки» и оценки, а «Семь‑сорок» с вальсом Хачатуряна к лермонтовскому «Маскараду», который изначально был не слишком уместен в этой пьесе, сегодня звучат совсем уж архаично.

Да, это было интересно, а для тех, кто смотрел спектакль впервые, крайне ценно и познавательно. Да, вряд ли кто‑то из зрителей пожалел о потраченном времени, и наша редакция не исключение. Да, Эрдман прекрасен, и наличие возможности посмотреть постановку его пьесы дорогого стоит. Наконец, да, игра Леонида Иванова со товарищи заслуживает долгих аплодисментов.

Но! Театр должен двигаться вперёд, а не жить своим «Золотым фондом». Возвращаться к спектаклям прошлого, какими бы «золотыми» они ни были, да ещё и с тем же актёрским составом, – это проигрышный путь по определению, и чудес здесь не бывает.

В результате после спектакля очень хотелось поменять слоган МХТ «Театр твоего времени» на «Театр нашего прошлого».

При этом сама пьеса, к огромному сожалению ныне живущих россиян, остаётся злободневной, о чём красноречиво свидетельствует живая зрительская реакция. Судите сами:

В настоящее время то, что может подумать живой, может высказать только мёртвый.

Слово не воробей, выпустишь – не поймаешь, так вот, значит, выпустишь – не поймаешь, а за это тебя поймают и не выпустят.

Жизнь прекрасна. Я об этом в «Известиях» даже читал, но я думаю – будет опровержение.

– Как прикажете отвечать: по религии или по совести?
– А какая же разница?
– Ко-лос-саль-на-я.

– Я считаю, что будет прекрасно, если наше правительство протянет руки.
– Я считаю, что будет ещё прекраснее, если наше правительство протянет ноги.

Раньше люди имели идею и хотели за неё умирать. В настоящее время люди, которые хотят умирать, не имеют идеи, а люди, которые имеют идею, не хотят умирать. С этим надо бороться. Теперь больше, чем когда бы то ни было, нам нужны идеологические покойники.

Вот напрасно вы думаете. Вы не думайте. Вы работайте.

Я сейчас, дорогие товарищи, в Кремль позвоню. Прямо в Кремль. Позвоню... и кого‑нибудь там... изругаю по‑матерному.

Не правда ли, сложно определить, ближе к какому году это написано: к 1928‑му или к 2022‑му? Не потому ли Анатолий Баскаков решил вернуться к «Самоубийце»? А то ведь, не ровён час, снова запретят.

Фото: Денис Слепцов / vk.соm/mht_theatre