Вице-президент Транснефти Сергей Григорьев побеседовал с главным редактором БАБР.RU
"Горячая неделя" Транснефти, в течение которой против планов по прокладке нефтепровода по берегу Байкала выступили представители как общественных организаций, так и власти Прибайкалья, завершилась.
Очевидно, массовая акция протеста не осталась незамеченной и для Москвы. 16 марта в редакцию БАБР.RU, соорганизатора акции "Скажи НЕТ Транснефти", позвонил вице-президент компании Транснефть Сергей Григорьев.
В ходе получасовой беседы с главным редактором БАБР.RU Дмитрием Таевским Сергей Григорьев изложил свое видение проблемы.
По его мнению, прокладка нефтепровода по территории Иркутской области и побережью Байкала принесет жителям области весьма значительные дивиденды. Как считает Сергей Григорьев, нефтепровод даст новые рабочие места, обеспечит приток значительных денежных поступлений в бюджет региона, приведет регион к процветанию. В чем именно будет заключаться процветание, и за счет какого экономического чуда стальная труба обеспечит региональный бюджет, вице-президент скромно умолчал.
Впрочем, по части аргументации за северный вариант нефтепровода Сергей Григорьев вообще оказался слаб, повторив всего лишь доводы, высказанные президентом Транснефти Семеном Вайнштоком "Российской газете". Сергей Григорьев признал, что аварии на нефтепроводе могут быть, но вся вылившаяся нефть будет собрана специальным флотом, который будет круглосуточно дежурить в Северобайкальске. Правда, судя по ходу разговора, вице-президент никогда не был на Байкале и не подозревает о том, что там бывает лед и штормовая погода, а судоходными являются лишь три летних месяца – и то достаточно условно. Как Транснефть предполагает собирать нефть, к примеру, в апреле-мае, когда пористый лед не выдерживает даже пешехода – так и осталось загадкой.
Впрочем, главную тему Сергей Григорьев все-таки обозначил. Как и предполагалось ранее, основная задача Транснефти – любыми средствами обеспечить выполнение именно северобайкальского варианта нефтепровода, а экологическая составляющая проекта эту компанию интересует менее всего.
При рассмотрении вопроса о возможном изменении маршрута трубы, к примеру, на южный или якутский вариант, Сергей Григорьев попросту ушел от разговора, туманно сославшись на некие политические мотивы. Судя по всему, у России с Якутией имеются некие сложные политические взаимоотношения, неизвестные широкой публике, но хорошо известные Транснефти.
Ушел Сергей Григорьев и от других заданных ему напрямую вопросов. Однако в целях информирования населения Прибайкалья мы публикуем список вопросов, на которые вице-президент Транснефти отказался или не смог ответить.
1. Почему Транснефть отказалась от варианта прокладки нефтепровода вдоль Транссибирской магистрали, в зоне, где практически отсутствует сейсмическая опасность? Этот путь тоже ведет на Дальний Восток.
2. Нефтепровод в районе Северного Байкала предполагается проводить в зоне высокой сейсмичности. Каким образом Транснефть предполагает нейтрализовать землетрясения силой 7-8 баллов, сопровождающиеся подвижками земной коры, осыпями и обвалами?
3. В нашей беседе Вы утверждали, что нормативные потери нефти при транспортировке, достигающие 5 кг. на одну тонну на 100 км., являются потерями внутри трубопровода. За счет чего образуются столь значительные потери внутри герметичной трубы?
4. Почему Транснефть отказалась от проекта 2003 года, когда нефтепровод проходил на 119 километров севернее Байкала?
5. Проверена ли технология "умной трубы" на практике? Можете ли Вы назвать нефтепровод, где реально используется подобная технология?
6. Если оценить затраты на увеличение втрое стенок трубопровода и использование "умной трубы" - не дешевле ли будет провести обычный нефтепровод, но севернее? Не могли бы Вы назвать конкретные цифры затрат?
7. Кто будет нести ответственность в случае утечки, какого рода это будет ответственность? В каком законе это описано? Какая форма ответственности может быть у государственной организации Транснефти перед государством?
8. Нефтепровод проходит в таежной, бездорожной, малонаселенной местности. Какая служба будет отслеживать разрывы трубопровода на значительном удалении от населенных пунктов? Каким образом будет реализовываться ремонт трубопровода, в какие сроки, какой объем нефти успеет вылиться за это время?
9. Насколько можно было понять из нашей беседы, технология "умной трубы" и усиление стенок трубопровода будет осуществляться только в зоне непосредственного прохождения нефтепровода по берегу Байкала. Между тем зона водоснабжения Байкала гораздо шире, все осадки, выпавшие, например, в бассейне Верхней Ангары, весной попадают в Байкал. Как Транснефть предполагает решать проблемы прорывов нефтепровода во всем бассейне Байкала?
10. Почему в комиссии, принимавшей проект нефтепровода, не было представителей Иркутской области и Бурятии?
