Дело о фиктивных истопниках: ФСБ проверит главу Усть-Баргузина из-за махинаций в сельских клубах?

В посёлке Максимиха Баргузинского района местные жители пытаются добиться увольнения главы городского поселения «Усть-Баргузин» Светланы Кривогорницыной-Сергиенко, заведующей сельским клубом Елены Климовой и директора муниципального «Культурно-информационного центра» (КИЦ) Елены Батышевой. Этому затяжному конфликту предшествовала полная остановка работы дома культуры и многомесячная блокировка счетов КИЦ из-за долгов по налогам.

По бумагам культурная жизнь в Максимихе идёт полным ходом. В отчёте, который Елена Климова отправила в Министерство культуры Бурятии, она указала проведение 116 мероприятий за последний год. Из них 34 имели статус платных. Самое интересное кроется в статистике посещаемости: эти платные события собрали ровно 22 человека. Значит, на одно мероприятие приходилось по 0,65 зрителя. Касса пополнилась на 25,9 тысячи рублей. Получается, один человек за разовое посещение сельского клуба платил 1177 рублей.

В документы без задней мысли включили регулярные дискотеки. Только вот на сельском сходе в Максимихе 26 февраля глава поселения Кривогорницына-Сергиенко публично подтвердила отсутствие танцевальных вечеров в здании клуба. Сельчане вспоминают максимум о трёх-четырёх скромных праздниках за весь год.

Огонь, провода и три тысячи рублей

В распоряжении Бабра оказались документы прокуратуры Баргузинского района. Надзорное ведомство провело проверку пожарной и антитеррористической безопасности в СДК Максимихи. Результаты оказались пугающими. Полуразрушенное здание эксплуатировалось с открытыми распределительными коробками, из которых торчали оголённые провода. Планы эвакуации руководство распечатало на обычных листах А4, что не соответствует требованию ГОСТа. Огнетушители не проверялись месяцами, световые табло сломались, ковры на путях эвакуации лежали без креплений к полу. Наружный противопожарный водоисточник замёрз, а указатели к нему отсутствовали.

Контроль доступа в здание также отсутствовал. Лица, ответственные за антитеррористическую защищённость во время массовых скоплений людей, никогда не назначались. Паспорт безопасности объекта пустовал. При этом по отчётам Климовой в клубе постоянно собирались люди, проводились платные тематические вечера и новогодние утренники.

Здесь всплывает ещё одна любопытная финансовая деталь. По нашим данным, прокуратура затребовала у Елены Батышевой сведения о получении от Климовой трёх тысяч рублей. Эти деньги ежемесячно сдавались во внебюджетный фонд учреждения за проведение тех самых дискотек, отсутствие которых подтвердила глава поселения Усть-Баргузина.

Мёртвые души у печки

МБУ «Культурно-информационный центр» (ОГРН 1120327008350, финансовые показатели не раскрываются) управляет домом культуры «Байкал» в Усть-Баргузине и филиалом СДК в Максимихе. Если внимательно изучить историю учреждения, открывается примечательный факт. С 2019 года в штатном расписании этих объектов вообще отсутствовали охранники и специалисты по отоплению. Прежнему директору администрация Кривогорницыной-Сергиенко настойчиво предлагала решать хозяйственные вопросы самостоятельно, имеющимися скудными ресурсами.

В марте 2024 года руководитель учреждения написала заявление и попыталась вернуть вопрос охраны в правовое поле. Тогда Светлана Кривогорницына-Сергиенко моментально ввела сразу три ставки истопников. По факту один человек действительно работает, а два других места заняли гражданский муж и сын Елены Климовой. Сама Климова совмещает руководство СДК Максимихи с работой в совете депутатов поселения Усть-Баргузина. Жители посёлка утверждают, что родственники депутата на рабочих местах отсутствуют. Охранять пустые залы, по всей видимости, удобнее из дома.

В 2025 году Кривогорницына-Сергиенко внезапно распорядилась ввести в СДК Максимихи четвёртую ставку сторожа-истопника. Про существование этого работника стало известно лишь из недавних писем прокуратуры. Кто именно получает эту зарплату — остаётся тайной для всего села. Зато биография гражданского мужа Елены Климовой хорошо известна. Мужчина привлекался по уголовному делу за побои, которое было закрыто из-за примирения сторон. Осенью 2024 года он успел поучаствовать в выборах главы поселения Усть-Баргузина. Проблемы с законом абсолютно не помешали ему успешно пройти проверку комиссии.

Многоликий директор

Непосредственный начальник Климовой — директор МБУ «Культурно-информационный центр» Елена Батышева. По совместительству она увлекается эзотерикой и позиционирует себя как шаманка. По образованию Батышева — маляр, окончивший ПТУ. У самой Елены Климовой за плечами лишь школьный аттестат со сплошными тройками, судя по комментариям местных. Руководящий опыт у обеих дам исчерпывается их текущими должностями.

Зато физическая активность Батышевой вызывает искреннее удивление. Руководить целым муниципальным учреждением и параллельно заседать в совете депутатов поселения Усть-Баргузина ей показалось мало. Елену Батышеву дополнительно оформили на ставку художественного руководителя в тот самый скандальный СДК Максимихи — по сути, в её же подчинение. Вдобавок Батышева занимает ставку преподавателя театральной студии в Усть-Баргузине.

Законно ли совмещать руководство бюджетным учреждением, депутатский мандат и ещё две творческие ставки в соседних сёлах? Естественно, нет. Когда она вообще успевает появляться на всех этих рабочих местах? Тем более, российское законодательство строго запрещает руководителям бюджетных учреждений заниматься коммерцией. По данным федеральной налоговой службы, Елена Батышева имеет активный статус самозанятой. 13 декабря 2024 года она получила государственную субсидию в размере 330 тысяч рублей на развитие бизнеса. Приём на работу в МБУ состоялся летом 2025 года. Светлана Кривогорницына-Сергиенко закрыла на это глаза при подписании трудового договора с Батышевой.

Чтобы посадить Елену Батышеву в кресло директора муниципального центра, Кривогорницыной-Сергиенко и подконтрольным ей депутатам пришлось долго выдавливать прежнего руководителя МБУ Евгению Таубе. Вся группа лояльных главе поселения депутатов, включая Климову и Батышеву, проголосовала за урезание бюджета центра до 17 миллионов рублей. Учреждение получало регулярную блокировку счетов. Работать в таких условиях оказалось физически невозможно. Прежний директор вынужденно уволилась в декабре 2024 года, и уже в 2025 году финансирование составляло 28 миллионов рублей, судя по словам главы поселения на сходе. Теперь этих денег с лихвой хватает на раздутые штатные расписания Елены Батышевой.

Как утверждает местный инсайдер, также Светлана Кривогорницына-Сергиенко лично курирует выдачу субсидий от отдела социальной защиты населения по Баргузинскому району. Выплаты одобряют только после её негласного согласования. В результате бюджетные деньги стабильно достаются её ближайшим родственникам, включая родных сестёр. На все вопросы о законности финансовых потоков на сельском сходе Кривогорницына-Сергиенко реагировала усмешками и требовала «не лезть в чужой карман».

Тёмная сторона переписки

Возмущённые качеством работы клуба максимихинцы направили коллективное заявление на Елену Климову в правоохранительные органы. К процессу подключился на тот момент депутат Баргузинского района Сергей Воропаев, который оформил депутатский запрос по просьбам избирателей своего участка. Бумагу подписали около 60 человек из 200 жителей села — число для небольшого населённого пункта поистине огромное.

В ответ авторам жалобы начали поступать агрессивные сообщения от друзей и близких Климовой. Подписантов называли «жалкие людишки» и «крысы». В текстах угроз говорилось: «Урою, закопаю, отправлю на СВО, утромбую писанину в очко, устроим вам войну». Эти реплики сопровождались огромным количеством бранных нецензурных слов. Высокий слог людей, приближённых к Климовой и Батышевой, исчерпывающе описывает уровень местной дискуссии и методы общения окружения главы поселения с населением.

Республиканский Минкульт под руководством Соёлмы Дагаевой прислал формальную отписку в ответ на жалобу по клубу. Подписантам даже не позвонили для уточнения деталей. Прокуратура Баргузинского района также ответила стандартными формулировками об отсутствии нарушений при введении четвёртой ставки истопника. Документы проверены, подписи стоят — значит, по версии ведомств, всё совершенно законно.

К слову, у самой Светланы Кривогорницыной-Сергиенко сейчас идут тяжёлые судебные разбирательства. Родственники погибшего на СВО Алексея Сергиенко подали иск о признании его брака с ней недействительным. За полтора месяца их официального супружества военнослужащий гостил у женщины от силы пару недель, совместного хозяйства они никогда не вели.

Фото: ВКонтакте