Пластик на Байкале: пакет до озера доедет, инспектор – нет
Одноразовые пакеты, тарелки и вилки решили решительно и радикально изгнать с берегов Байкала. Минприроды РФ доработало правительственные поправки к законопроекту об охране озера и разослало их федеральным и региональным властям с просьбой рассмотреть в кратчайший срок.
Звучит эффектно. Однако запрет, который так спешат согласовать, заработает в полную силу лишь 1 сентября 2030 года. Если, конечно, заработает вообще: первый срок, 1 марта 2023 года, уже благополучно пропущен.
История вопроса тянется с июня 2022 года. Тогда группа депутатов Госдумы РФ во главе с депутатом от Бурятии, известным популистом и дилетантом от экологии Николаем Будуевым и бывшим министром природных ресурсов РФ Дмитрием Кобылкиным внесла законопроект о запрете одноразового пластика в центральной и буферной экологических зонах Байкальской природной территории. Первое чтение документ прошёл 5 апреля 2023 года, после чего затих больше чем на три года. Вспомнили о нём после поручения президента по итогам совещания с членами правительства РФ в апреле 2025 года.
Новая редакция заметно скромнее исходной. Буферная зона из неё исчезла, запрет касается только центральной зоны. Вводить его собираются в три этапа. С 1 сентября 2028 года ограничения коснутся магазинов и общепита на объектах туристской индустрии, с 1 сентября 2029 года – остальных кафе и столовых, с 1 сентября 2030 года – прочей розничной торговли. Сам закон, если его примут, вступит в силу 1 марта 2027 года. Полтора года между вступлением закона в силу и первым реальным ограничением – деталь, которая говорит сама за себя, и говорит не в пользу закона.
В проект перечня вошли одноразовые мешки и пакеты из полиэтилена, а также пластиковые тарелки, стаканы, ложки, вилки, ножи, трубочки и мешалки. Запретить хотят не только продажу, но и любую передачу таких изделий при оказании услуг. Пластиковые контейнеры в пояснительной записке упомянуты, а в самом перечне их уже нет. Между тем само ведомство называет контейнеры среди главных источников загрязнения. Почему они выпали из списка, документ не объясняет.
Сужается и сам предмет запрета. Поручение президента говорило о посуде и упаковке из любых материалов, которые нельзя компостировать. В перечень же попали только пакеты из полиэтилена, хотя полипропилен, по данным того же ведомства, в байкальской воде тоже встречается. Пакет из него под запрет, судя по тексту перечня, не попадает, как и вся прочая упаковка, в которую завёрнуты чипсы, сосиски и печенье туристов.
Теперь о географии. Центральная экологическая зона – это 89 165 квадратных километров, из которых около 31,5 тысячи приходится на акваторию Байкала и его рек. По площади она почти равна Португалии. Зона поделена между Иркутской областью и Бурятией, у каждой из которых свои власти, свои управления федеральных ведомств и свои приоритеты. Живут здесь, по разным оценкам, около 130 тысяч человек в полутора сотнях населённых пунктов вдоль берега длиной больше двух тысяч километров.
Контролировать запрет будет вовсе не Росприроднадзор, который отвечает за охрану Байкала. Законопроект поручает это санитарно-эпидемиологическому надзору и контролю в области защиты прав потребителей. Переведём на русский: экологический запрет будут проверять санитарные врачи и защитники потребителей, у которых и своей работы более чем.
Есть, однако, один нюанс. Права покупателя, которому выдали пластиковую вилку к шашлыку, ничем не нарушены. Жаловаться он не станет. А без жалобы у контролёров почти нет законного повода прийти с проверкой.
Почему почти? Потому что с 2022 года в России действует мораторий на проверки бизнеса, и правительство РФ продлило его до 1 января 2030 года. Плановые проверки до этого срока разрешены только на объектах чрезвычайно высокого и высокого риска. Придорожное кафе в Листвянке или сельский магазин в Хужире к ним не относятся. Для внеплановой проверки нужны основания и, как правило, согласие прокуратуры. Трудно представить прокурора, который сочтёт пластиковый стаканчик достаточным поводом для выезда инспектора на Ольхон – минимум пять часов в одну сторону и ночёвка неизвестно где.
Остаётся маркировка. Оборот запрещённой продукции предлагают отслеживать через обязательные коды и государственную систему мониторинга. Эксперимент по маркировке посуды и столовых приборов завершится 28 февраля 2027 года, после чего она станет обязательной. Поэтому в Минприроды РФ уверены, что дополнительной нагрузки на бизнес закон не создаст. Звучит логично. Однако система видит товар лишь до кассы. Пачка вилок, купленная в иркутском гипермаркете, уезжает на Ольхон уже без всякого контроля.
Иркутск, кстати, в центральную зону не входит. Как и Улан-Удэ. После того как буферную зону убрали из законопроекта, оба города остались за пределами запрета. А ведь именно там типичный турист с палаткой закупает продукты, воду, одноразовую посуду и пакеты. Весь этот багаж он и привозит на берег. Запрет на продажу в Хужире никак не мешает ему выгрузить на Ольхоне то, что куплено в городе. Отдельная загадка – как будет работать предупреждение о вреде Байкалу на товаре, который у самого Байкала продавать нельзя.
Мусор от туристов – давно известная история. Власти двух регионов не справляются даже с обычными отходами. Большая часть Ольхона входит в Прибайкальский национальный парк, размещать отходы там нельзя, поэтому мусор приходится вывозить за сотни километров. Несколько лет назад исследователи оценивали число людей на острове в пик сезона в 54 тысячи при постоянном населении около 1700 человек. Стихийные свалки разбирают волонтёры и инспекторы нацпарка. В марте 2025 года под Таловкой ликвидировали свалку площадью больше 13 тысяч квадратных метров.
Турпоток при этом растёт. В 2024 году Иркутскую область, по данным регионального агентства по туризму, посетили 1,8 миллиона человек. Туристическая схема макротерритории «Байкал» предполагает к 2030 году рост потока до 5,2 миллиона, то есть более чем вдвое. Совпадение примечательное: запрет заработает в полную силу как раз тогда, когда туристов, по замыслу, станет вдвое больше. А поскольку, согласно пояснительной записке, закон не повлияет на расходы бюджета, новых контролёров никто нанимать не собирается.
Микропластик – это действительно проблема. Минприроды РФ приводит показатель около 42 тысяч частиц микропластика на квадратный километр акватории Байкала. В воде и донных отложениях находят полиэтилен, полипропилен и полистирол. Снег и лёд накапливают частицы, а весной отдают их в поверхностный слой воды, как раз когда кормятся личинки рыб и рачки.
Однако пакеты и вилки – не единственный его источник. Одним из крупных путей попадания микропластика в водоёмы считаются сточные воды. На очистные сооружения Байкальской природной территории только в следующем году собираются направить почти два миллиарда рублей. Значит, и эта проблема пока не решена.
В качестве примеров ведомство приводит национальные парки Таиланда, Иссык-Куль и белорусский общепит. Сравнение лестное, но сильно хромает. В таиландский национальный парк въезжают через пост, где берут плату и могут досмотреть багаж. У Байкала таких постов нет: к воде ведут сотни дорог, троп и зимников. Денег на исполнение закона не предусмотрено, контролёров не добавят, а проверять поручат тем, у кого для проверки нет ни повода, ни людей.
Крайними, как обычно, окажутся кафе и магазины. Их адреса известны, вывески видны с дороги, а кассы подключены к системе маркировки. Скорее всего, запрет превратится в выборочные рейды перед летним сезоном с показательными штрафами в Листвянке, Хужире и Максимихе. Размер этих штрафов в сообщениях о поправках, к слову, не называется. Бумажная посуда дороже пластиковой, и разницу турист оплатит в цене обеда.
Кстати, небольшой нюанс, до которого Минприроды почему-то не додумалось. Обычная бумажная посуда в российском общепите – это картон, покрытый полиэтиленом. Без этой плёнки картон размокает. Поэтому почти любой бумажный стакан или контейнер для влажной еды на деле состоит из двух материалов, и пластик в нём есть. А время естественного разложения такой «бумажной» посуды ничуть не меньше, чем пластиковой бутылки. Это означает, что если кафе на берегу заменит пластиковые стаканы бумажными, полиэтилен из оборота не уйдёт. Его станет меньше по массе, и он будет спрятан внутри картона.
Не исключено и другое развитие событий. Второе чтение законопроект ждёт уже три с половиной года, а согласование поправок с двумя регионами и десятком ведомств способно отодвинуть сроки ещё раз. Даты 2028–2030 годов пока выглядят столь же условно, как когда-то 2023 год.
В любом случае мусора на берегах меньше не станет, а в отчётах появятся профилактические мероприятия. Пакет из иркутского супермаркета до Байкала доедет. Запрет – вряд ли.
