Внешний ресурс Сибири
В сибирской политике есть один важный, но мало обсуждаемый вопрос - использование внешнего ресурса Сибири. Под этим понятием я понимаю всех выходцев из Сибири, которые живут и работают в других городах и регионах России, а также за рубежом, и в принципе могут внести вклад в дело достижения Сибирью самостоятельности.
Неообластники и прочие лжелидеры этих людей исключают вообще из числа сибиряков, нередко обрушивая на них самые разнообразные обвинения. В этом нет ничего удивительного, это вполне логичная позиция для людей, которые важнейшим признаком сибиряка признают прописку.
На мой взгляд, вместе с колонизацией Сибири имел место гораздо более слабый и менее выраженный процесс колонизации сибиряками России, и Москвы в частности. В Петербурге и Москве складывались свои сибирские землячества, и в частности исконное областничество образца середины XIX века как раз вышло из среды такого петербургского землячества. В ХХ веке такой обратный процесс резко ускорился за счет увеличения социальной мобильности, и в Москве сложились многочисленные и разнообразные сибирские землячества, самых разных национальностей.
Вот эти землячества представляют собой ценный внешний ресурс Сибири, в силу того, что выходцы из Сибири заняли весьма высокое положение, являются бизнесменами, создали и поддерживают разнообразные организации. Вполне официально существует землячество выходцев из Екатеринбурга и Свердовской области, Сахалинское, Амурское, Хабаровское землячество, и это, видимо, не полный список.
В силу того, что административные, финансовые и информационные ресурсы в Москве неспоставимо большие, чем даже в крупных сибирских центрах, использование этого внешнего ресурса для развития Сибири становится одной из самых важных задач. С помощью выходцев из Сибири можно перенаправить часть ресурсов федерального уровня на развитие сибирских регионов. Это делать можно, тем более что есть яркие примеры, вроде бессменного депутата Госдумы Виталия Шубы, который четыре думских созыва профессионально выколачивает из федерального бюджета средства для Иркутской области, возглавляя в Думе иркутское лобби.
Если подобные представители в Москве будут работать от каждого региона, в особенности по несколько человек и в разных областях, то можно вернуть себе значительную часть тех ресурсов, которые были из Сибири вывезены.
А теперь о позиции неообластников. Их ярость по отношению к выходцам из Сибири в Москве, их обвинения в "московитстве" основаны на двух простых вещах. Во-первых, неообластники не являются для большей части "московских" сибиряков конкурентами. Один только Шуба многократно перевесит по значению и влиянию всех иркутских неообластников, вместе взятых. И еще останется сверх того. Если все выходцы из Сибири возьмутся за развитие своей родины, то неообластникам останется только покурить в сторонке.
Во-вторых, для неообластников - это одно из оправданий бездействия. Поскольку чаще всего это разные маргинальные типы, которые ничего не могут предпринять самостоятельно, то они откладывают свои активные действия в далекое, неопределенное будущее, в тот светлый миг, когда они "возьмут власть" или "Сибирь станет независимой". Что жить в ту пору прекрасную уже не придется ни мне, ни тебе, их нимало не беспокоит. Между тем, необходимо работать здесь и сейчас, используя все имеющиеся в наличности возможности.
Это вопросы стратегии. Станет Сибирь независимой республикой или нет - это вопрос очень спорный и совершенно неочевидный. Рассчитывать и делать на это единственную ставку - по меньшей мере недальновидно. Нужно использовать все возможности, которые есть, и в этом сибирские землячества могут добиться очень больших результатов.