После христианства
Религии не вечны.
Исчезли древние религии, исчезнут и современные нам религии. А когда-нибудь религии исчезнут совсем. Потому что и человечество тоже исчезнет когда-нибудь со всей своей духовной жизнью.
Христианство уникально и бесценно только если рассматривать его изнутри, сквозь призму самого же христианства. Для стороннего наблюдателя это просто религия, не более и не менее странная, чем любая другая. Если христианство исчезнет, то ученые будущего найдут миллион аргументов, доказывающих, что это было очевидно и неизбежно - ровно тоже самое говорят нам про античную религию, уничтоженную и оплеванную христианством. И, в итоге, исчезнувшую.
Христианство чем-то похоже на коммунистическую партию: людей заставляют что-то делать, в ожидании некоего величественного грядущего. Но идут года, десятилетия, века. Будущее наступает, но совсем не такое, как обещали. И как комично было бы верить, что когда-то в 2036 году будет XXXVII съезд КПСС (ибо тогда непонятно, а когда же чреда съездов и пятилеток растворится в нирване вечного наступившего коммунизма - ведь строительство коммунизма изначально предполагалось кратким мигом ожидания, рывка в будущее, а не вечного похода в никуда), так странно и нелепо ожидать наступления 5000 года христианской эры. Христианство - религия быстрого и скорого конца, и чем дольше не наступает конец, тем страннее и нелепее его ждать.
За века существования христианство неизбежно устаревает, как устаревает все в этом мире. Не странно ли, не подозрительно ли, что все Священное писание написано на мертвых языках. Если уже умерли целые языки - что мы хотим там, на этих мертвых языках, прочитать про наше время? Более того, устарели даже первые переводы Писания с мертвых языков на живые - старославянский, перевод Короля Якова и Мартина Лютера на английский и немецкий соответственно. Страшнее того, уже устарел язык русского Синодального перевода - он так архаичен, что лет через сто его перестанут понимать совершенно, хотя и сейчас многие места невнятны и темны. Умирают языки, устаревают переводы, а обещанного второго пришествия нет и, судя по всему, не будет. Более того, как бы много христиан не ожидало Христа второй раз, гораздо большее количество людей на Земле не являются христианами, а значит и не видят конец истории в христианских красках. То есть никого не ждут.
Или вот интересная тема. Почему священники так странно одеваются? Если отбросить мистику, то ответ трагикомичен. Потому что так одевались в Византии, 1000 лет назад. Тогда одеяния православных священников немногим отличались от одеяния состоятельных горожан. И никакой другой тайны в странных одеждах священников нет. Формируйся православное богослужение в 18 веке - священники одевали бы парики и треуголки, камзолы и ботфорты. А что будет дальше? Неужели можно серьезно полагать, что и через 1000 лет кто-то будет молиться по-старославянски и носить раззолоченные византийские ризы? Ведь уже сейчас все это архаично, а прошло всего-то 10-12 веков, что же будет дальше?
Беда христианства - в его привязке ко времени. Христос внятно и четко обещал своим последователям свое скорое пришествие - «не предет род сей, как все это сбудется». С тех пор прошло очень много родов. Ничего не сбылось. Но христиане все отчаяннее и отчаяннее всматриваются в будущее, жаждая увидеть там конец - потому что если конца они не увидят, значит не было ничего и в начале. Значит тщетна их вера.
Можно сколько угодно бороться с сектами, но христианство - это изначально и есть секта. И эта сектантская закваска снова и снова будет всходить - новыми сектами, новыми пророчествами, новыми изуверствами. Потому что подсознательно каждый вдумчивый читатель Нового Завета понимает, что окостенелые традиционные церкви уже давно ничего на самом деле не ждут, им и тут хорошо. И чем дальше, тем больше будет сект и попыток уйти навстречу Христу, приблизить его чаемое возвращение.
Меня, как человека неверующего, утешает время, которое идет вперед. Каждый новый год - это новый аргумент против.
Пройдут годы. Все будет меняться. И религия тоже.
Пройдут века. Мир изменится так же сильно, как изменился наш мир в сравнении с миром древних веков.
Пройдут тысячелетия и от наших времен останутся обрывочные факты. А может быть - ничего. И наши верования и убеждения будут значить для будущих поколений не больше, чем значат для нас верования и убеждения жителей Ура и Аккада. Многие ли из нас читали древнеегипетскую книгу мертвых? Тогда почему мы думаем, что кто-то кроме специалистов будет читать библию через три тысячи лет?
Греки веками справляли мистерии - но ведь сейчас их не празднуют или празднуют только чудаковатые энтузиасты (не то, не там, не так...). Тогда почему кто-то думает, что пройдут века, а люди будут праздновать Пасху?
Человек заключен в тюрьму своего разума. Мы подсознательно отказываемся верить, что и мы, и все что нам близко и дорого - ничто в масштабах вечности и бесконечности. Чтоб осознать это - надо все-таки быть достаточно развитым человеком, готовым смириться с неприятным фактом, что все, что вокруг, вполне может быть и случайным, и с той же вероятностью могло бы быть совершенно иначе.
Верить проще. Закрыться, укутаться в бабушкино одеяло среди космического холода и пустоты, и изо всех сил, зажмурив глаза, веровать - в то, что есть где-то бог, который для нас сотворил всю эту бездну галактик, чтоб мы ютились на маленькой хрупкой планетке, болтающейся вокруг третьесортной звездочки, что когда-то где-то сын бога пришел куда-то, и был распят, и воскрес, и вернется, и спасет...
Религии как люди. Они не вечны, они рождаются, живут и умирают.
Так было и так будет. И христианство сегодня - это полная еще сил старушка в платочке. Она еще может ругаться, требовать, доказывать, печь куличи и красить яйца. Не надо ей мешать. Пусть порадуется, пусть еще раз напечет куличей и покрасит яйца. Ей недолго осталось.
