Расстрельный пункт милиции
Сержант ППС убивал задержанного под видеонаблюдением.
Вчера стали известны подробности расследования убийства Акбара Сапаева, задержанного на привокзальной площади Хабаровска в середине августа и застреленного практически в упор сержантом ППС в опорном пункте милиции. В УВД подчеркивают, что замешанные в ЧП милиционеры представлены к увольнению, а их руководители получили взыскания. Брат погибшего говорит, что милиционеры издевались над ними, а следствие проверяет, почему помощь раненому не была оказана сразу.
Вчера представители УВД и СУ СКП по Хабаровскому краю на совместной пресс-конференции раскрыли подробности расследования беспрецедентного для региона случая применения милиционерами насилия в отношении задержанных, произошедшего в ночь с 15 на 16 августа. Вечером 15 августа, как пояснил старший следователь отдела по расследованию особо важных дел СУ СКП Николай Романов, двое патрульных полка ППС — 32-летний и 26-летний сержанты, имена которых пока не раскрываются, — остановили на привокзальной площади Хабаровска для проверки документов двух братьев Сапаевых, граждан Узбекистана (как показали позднее милиционеры, поскольку они «нецензурно выражались»). Те не имели регистрации и попытались убежать. Однако одного иностранца, Кахрамона Сапаева, милиционеры поймали и водворили в КПЗ опорного пункта милиции, другой, младший из братьев Акбар Сапаев, чуть позже пришел в пункт сам. «Гражданин, который пришел вторым, был избит двумя сотрудниками милиции с применением устройства, похожего на электрошокер. После избиения, от отчаяния, дойдя, очевидно, до крайней точки кипения, он разбил о свою голову стеклянную банку, взял осколок и, приставив его к шее, начал угрожать самоубийством, если не выпустят его и брата. Явных попыток пресечь эти действия не было. А затем один из милиционеров трижды прицельно выстрелил в него из табельного оружия на поражение. От травм, несовместимых с жизнью, гражданин Узбекистана скончался в больнице», — обрисовал картину трагедии господин Романов. Происходящее фиксировала система видеонаблюдения, сигнал с которой передавался в городскую дежурную часть (копия видеозаписи имеется в распоряжении „Ъ”). Картинка, как установлено в ходе следствия, в момент совершения преступления ускользнула от внимания дежурных и была просмотрена лишь в записи. Как только о происшествии стало известно, на место выехали сотрудники УСБ, руководство МОБ и инспекции по работе с личным составом. Оба сержанта ППС были заключены под стражу. Стрелявшему предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ («Убийство») и ч. 3 ст. 286 («Превышение должностных полномочий»), его напарнику,— только по ст. 286. Выстрелы, как подчеркивает следствие, были произведены с расстояния двух-трех метров, причем потерпевший угрожал только себе и никаких выпадов в адрес милиционеров не делал. Стрелявший объяснил свои действия тем, что «неправильно оценил ситуацию». Все милиционеры были трезвы и психически вменяемы. «Я не помню такого, чтобы сотрудник милиции так хладнокровно применил оружие на поражение, причем необоснованно. По моей оценке, это убийство — никакой необходимой обороны я здесь не вижу», — заявил старший следователь. Заместитель начальника УВД по Хабаровскому краю полковник Константин Носков, отвечающий за работу с личным составом, вчера рассказал, что по результатам служебной проверки применение табельного оружия сержантом ППС было признано «неправомерным и ничем не обусловленным». Стрелявший уволен из органов, трое других, присутствовавшие при инциденте, представлены к увольнению. Семи руководителям объявлены дисциплинарные взыскания, в том числе начальнику управления обеспечения общественного порядка — строгий выговор, а его заместителю, и. о. командира полка, командирам роты и взвода — неполное служебное соответствие. «От имени руководства краевого УВД приношу извинения родственникам погибшего за неправильные, непрофессиональные, неграмотные действия наших сотрудников», — прибавил полковник Носков.
Брат погибшего Акбара Сапаева Кахрамон рассказал „Ъ”, что его заковали в наручники прямо на привокзальной площади, а в опорном пункте избили и «закрыли в клетку». «Потом подошел брат. Они растоптали наши телефоны. Ударили его электрошоком, он упал, стали пинать ногами. Я кричал им: «Не трогайте, он после операции», но они не слушали. Потом брат попросил воды, ему не дали, сказали, нет стакана. Он дополз сам до туалета, вышел, хотел поговорить с милиционером, а тот достал пистолет. Все произошло в один момент. Я кричал, просил выпустить меня, чтобы помочь брату. Мне не дали и сами не помогли. А отвезти его в больницу, сказали, на служебной машине — это „не разрешено“»,— рассказал Кахрамон Сапаев.
«У погибшего остались трое малолетних детей и неработающая жена. Он никакой не бандит — обычный работяга, который всю жизнь работал и отсылал все заработанное на родину», — пояснил Николай Романов. Следствие, по его словам, в частности, намерено выяснить, почему скорая помощь прибыла так поздно: со слов свидетелей, спустя лишь 30-40 минут после расстрела.
