Итоги недели. Кто скрывается за антицерковными силами
Всю прошедшую неделю патриархия старательно продолжала искать врагов, выдвигая версию за версией, кто бы мог скрываться за «антицерковными силами», развернувшими против нее «клеветническую информационную атаку». То это были какие-то немногочисленные, но влиятельные люди, напуганные усилением православия в стране, которые «готовы использовать свои финансовые, информационные и административные ресурсы для дискредитации иерархов и клириков, для порождения расколов и отторжения людей от храмов». То клевреты «агрессивного либерализма», озабоченные пропагандой вседозволенности и блуда — все остальные-то либеральные вожделения у нас в стране давно исполнены.
Некоторые православные публицисты сочли, что «к откровенным идеологическим гонениям на Русскую Православную Церковь, сопоставимым с антирелигиозной пропагандой начала 60-х годов прошлого века», привела религиозная политика Дмитрия Медведева — однако никак не объяснили, что заставило их сделать такие выводы: мол, тема еще ждет своих исследователей.
Но соратники по тандему не раз подчеркивали, что во всех важных начинаниях действуют согласованно, и в данном случае нет никаких оснований им не верить: наверняка согласованно, хотя каждый выстраивает отношения с церковью по-своему. Ведь ничего нового в сущности не произошло — власть поступила с церковью ровно так, как поступает с любой политической или общественной силой, которую сначала приближает к себе из абсолютно эгоистических, как правило идеологических, интересов, а потом, напитавшись ее живительными соками, если и не выбрасывает на помойку, то дает острастку: побаловались и будет, знайте свое место, бандерлоги.
Для «отставленных» это каждый раз полная неожиданность и страшная обида — каково было Дмитрию Рогозину с его «Родиной» превратиться в 2006 году из «спецназа президента» в партию, которую практически повсеместно не допустили до выборов? Вот и церковной бюрократии обидно — немудрено, что ей мерещится «противостояние Церкви и антихристианских сил». А тут еще Владимир Путин недвусмысленно высказался против создания религиозных партий в России. Они представляют разрушительную угрозу для страны, сказал он. Значит, и тут ничего не выгорит. В утешение, правда, в Думе создается межфракционная группа по защите христианских ценностей, и проект якобы одобрен священноначалием. Что ж, это говорит только о том, что в патриархии тоскуют по парткому — ну, будет им партком.
Власть планомерно прощупывала почву еще с осени. Все пыталась выяснить, можно ли еще чем-то поживиться из «символического капитала». Сомнения в его электоральных перспективах начали у нее закрадываться, видно, тогда, когда выяснилось, что в лучшем случае треть родителей выбрала для своих детей курс «Основы православной культуры» для изучения в школе, а подавляющее большинство — светские предметы. И это несмотря на постоянные заклинания церковных ньюсмейкеров о «православных ценностях» российского народа.
Тогда пошли другим путем. Обаяшка Иван Охлобыстин вылезал то с одним проектом, то с другим. То вещал в белом облачении с масонской пирамиды об имперских добродетелях — представлял свой религиозно-патриотический манифест «Доктрина 77». Кликушествовал: «Несть спасения вне православной церкви! И все! Никаких малодушных оговорок о призрачных альтернативах личного выбора. Его нет!». Раздавал интервью «о монархических перспективах» на далекое будущее.
Не вдохновился народ. Пуще того: многие в Иванушке разочаровались. Тогда и стало ясно: церковный ресурс исчерпан. Государству здесь больше нечем поживиться. Выборы это только подтвердили: как ни призывал патриарх к единомыслию, православные не поднялись все как один на защиту власти, а разбежались по площадям — кто на Болотную, кто на Поклонную.
Тут-то и начали появляться на ТВ ток-шоу с критическими высказываниями в адрес церкви, даже Невзорова вытащили из какого-то пыльного угла. Пресса, увы и ах, подвержена кампанейщине — только палец покажи, как все сразу ухватятся. А вот телевидение таких вольностей себе позволить не может — за что будет велено, за то и ухватится.
Но церковное начальство и само изо всех сил помогало «гонителям» — взять хоть историю с пылью. Ну что стоило патриарху развернуть ситуацию на 180 градусов? Сказать: ах, простите, в расчеты вкралась ошибка — и скостить Шевченко сумму убытка. Да еще суду, который вынес это гомерическое решение, шпильку воткнуть.
Или игуменье Крестовоздвиженского монастыря сказать во всеуслышанье: да, землю, на которой стоит здание поликлиники реабилитационного центра, мы отсудили (история там долгая, все стороны, включая муниципалитет, не потрудившийся изначально разобраться, кому и что он дает, виноваты), но гнать центр из корпуса не собираемся, до тех пор пока Минздрав не построит им новое здание, и денег за аренду брать не будем. И совсем иначе выглядела бы эта история.
Молчат сиятельные православные. Хотя нет, не молчат. Издают воинственные циркуляры в духе «лихих 30-х». Но пасаран! Встанем плечом к плечу! Все на молитвенное стояние в защиту церкви — и когда, 22 апреля, в день рождения Ленина! Нарочно не придумаешь.
Бросаются в объятия Всемирного русского народного собора: обсуждать «интересы русского народа». Как-то даже и неловко...
На Страстной распинается Господь, распинается Церковь... но ведь вроде для того чтобы воскреснуть, нет?
Или для того только, чтобы найти себе новую теплую нишу в лоне «русских патриотов» и межфракционного закулисья?
