«Информация тормозит коллективное безумие»

Интервью с создателем фонда помощи внештатным журналистам и их семьям.

Во время событий в Москве в октябре 1993 года пуля оборвала жизнь североирландского журналиста-фрилансера Рори Пека. В 1995 году жена Рори Джульетта и его брат Колин, тоже независимый журналист, основали фонд памяти Рори. Этот фонд до сих пор остается единственной благотворительной организацией, которая оказывает помощь внештатным журналистам и их семьям, попавшим в кризисную ситуацию.

Брат Рори, Колин, несколько лет, которые он провел в России, сотрудничал с правозащитником Андреем Мироновым. Они вместе ездили в Чечню и Таджикистан. Андрей был убит 24 мая 2014 года в Славянске. Вместе с ним погиб Андреа Роккелли, независимый журналист из Италии. Машина, в которой передвигались журналисты, попала под минометный обстрел. Последняя публикация Андрея Миронова появилась в «Новой газете» за несколько дней до его гибели. Это был рассказ о двух многодетных семьях в Славянске. Фотографии к материалу сделал Андреа Роккелли. На одном из снимков дети смотрят вверх из подвала, аккуратно уставленного рядами банок с домашними заготовками. Эта фотография уже стала одной из самых мощных антивоенных работ XXI века.

Колин Пек одним из первых отреагировал на трагедию в Славянске. Мы поговорили с ним об Андрее, их дружбе и совместной работе, а также о том, какова роль журналистов и с какими опасностями они сталкиваются на войне.

— Я работал с Андреем с 1994 по 1998 год. У него было потрясающее чутье на людей и мотивы, которые ими движут. Он прошел путь политического заключенного, и это было травмирующим опытом. Но его гнев не был личным. Это был гнев по отношению к системе насилия над человеком, системе, которую он презирал. Особенно за ее отношение к людям, которых она разрушала. Андрей был в первую очередь правозащитником. Он был готов работать или просто помогать любому журналисту, который хотел писать о правах человека.

— Какую роль журналисты играют во время кризиса? Как можно обеспечить безопасность журналистов, которые работают в зоне вооруженного конфликта?

— Рори Пек сыграл огромную роль в том, чтобы информация о событиях в Баку в 1990 году попала на экраны телевизоров. Для советских генералов это стало полным шоком. Они не были готовы к тому, что за их весьма нечистоплотными делами будут следить и о них будут писать.

Роль журналиста в кризисное время — передавать информацию. Люди часто задают вопрос: а что это изменит? Во-первых, информация тормозит всплески коллективного безумия, которое так характерно для конфликтов. Во-вторых, это способ борьбы с безнаказанностью виновных. В-третьих, чем более понятна конкретная ситуация, тем больше надежды на мирный исход конфликта, а также понимание динамики его развития. И, наконец, если все провалится, если в отношении людей будут совершаться военные преступления, то надежда на то, что кто-то услышит их крик боли, будет для них хоть каким-то утешением.

— Последнее время многие СМИ отказываются от постоянных сотрудников и все чаще прибегают к услугам фрилансеров. В чем плюсы и минусы такого подхода?

— Фрилансеры всегда находятся в большей опасности из-за отсутствия «тыла» — крупной организации. Они часто работают без страховок или нужной подготовки. Если с ними что-то случится, то их семьи окажутся в еще более тяжелом положении. Только очень немногие СМИ, которые отличаются ответственным отношением к своим фрилансерам, страхуют их. В результате все больше и больше журналистов рискуют собой без гарантий, что кто-либо позаботится об их семьях.

— Андрей однажды сказал, что события октября 1993 года имели разрушительные последствия для России. Его опасения полностью оправдались, когда Ельцин развязал первую войну в Чечне, и позже, когда Ельцин привел во власть Путина. Как вы оцениваете трагедию октября 1993 года?

— В октябре 1993-го Россия утратила настоящий парламент и с тех пор ничего не сделала, чтобы хоть как-то воскресить его работу. Реальная трагедия России заключается в том, что сотню лет она время от времени пыталась сформировать парламент. На ней какое-то проклятие: слишком быстро на поверхность всплывают мерзкие личности. Это — результат бедности и гнета, в которых Россия жила сотни лет до этого.

Сейчас есть какой-то средний класс, но он слишком слаб, чтобы что-то изменить. Нынешние олигархи — подобие тех бояр. Однажды во время нашей совместной поездки в дико загрязненный промышленный город мы встретили по-настоящему просвещенного человека. Он прекрасно понимал все, что происходило вокруг. Этот человек был из числа тех, чей пытливый ум создает неудобства для любого коррумпированного чиновника или политика. После нашей встречи Андрей сказал мне: «Таких расстреливали первыми».

— Что привело в Москву вашего брата Рори?

— Рори был влюблен в Россию. Россия была тайной для Запада. Нам говорили много негативного о России, и, конечно, мы не верили и половине того, что нам говорили. Но все равно Россия оставалась тайной, а Рори всегда притягивали тайны.