Единая Россия, профессор Аш и диссиденты

В Москве в начале февраля произошло два небольших, но важных интеллектуальных события. По адресу Arzamas.Academy стартовал лекционный портал, курируемый Филиппом Дзядко – тем самым, старшим из трех братьев с телеканала "Дождь". А в ДК ЗИЛ начал новый сезон бесплатный лекторий "Просветитель" — совместный проект одноименной премии и Политехнического музея. Все это и замечательно, и примечательно.

Дело в том, что лекторий сегодня – модная вещь. Я бы даже сказал, политически модная.

Наша страна возвращается во времена СССР, но старый шаблон накладывается на другую общественную структуру, поэтому получается заметный сдвиг по фазе. Скажем, место прежнего антисемитизма заняла гомофобия: официально гомосексуалистов в России, как и евреев в СССР, никто не преследует, однако гомофобия процветает на любом уровне. Попробуй-ка сделай в России карьеру, признавшись, что ты гей! И шоу-бизнес сейчас служит геям прибежищем, примерно как кафедра физмата служила евреям убежищем в советские времена…

Так вот: движение по популяризации науки сегодня является примерно тем же, чем было движение педагогов-новаторов на излете Советского Союза. Это одна из немногих публичных ниш, где без риска оплеухи сверху и без противоречий с совестью могут проявить себя амбициозно и оппозиционно настроенные интеллектуалы. Потому что даже если тема лекции кажется нейтральной, выводы, к которым она приводит, порой выглядят антисоветскими, то есть оппозиционными.

Очередной сезон "Просветителя", например, открывала лекция шеф-редактора журнала "Здоровье", выпускницы биофака петербургского университета Аси Казанцевой. Ее недавно вышедшая книга о работе мозга и природе зависимостей "Кто бы мог подумать!" не просто получила премию "Просветитель", но и стала настоящим бестселлером. Казанцева в своей лекции рассказывала о знаменитых психологических экспериментах — в том числе, американского психолога Соломона Аша, изучавшего природу конформности. Профессор, демонстрируя аудитории отрезки разной длины и объясняя, что разница представляет собой оптическую иллюзию, добивался настоящего коллективного психоза, когда 75% испытуемых хотя бы в одной из серий эксперимента начинали видеть равенство там, где его не было, — и не видели там, где оно было. (Эксперимент этот впоследствии много раз повторялся и варьировался – например, с детсадовской кашей, когда всем детям давали кашу сладкую, а одному соленую, и вот он, давясь и плача, врал, что у него тоже "сладкая"!).

Что примечательно, эксперименты профессора Аша доказали прямую зависимость коллективной слепоты от авторитета объясняющего и правдоподобия объяснения, а также обратную зависимость от наличия среди публики хотя бы одного инакомыслящего. Если таковой находился, аудитория начинала прозревать. Причем общая трезвость оценок аудитории возрастала даже тогда, когда возражения диссидента тоже были ошибочны.

"Вот почему так важно ходить на оппозиционные митинги", — резюмировала под хохот битком набитого зала (на ступеньках сидели!) Ася Казанцева. И чтобы этому утверждению что-то противопоставить, требова

Подробнее: http://www.rosbalt.ru/blogs/2015/02/13/1367045.html