Евгений Мельгунов: кто ответит за безопасность?

На прошлой неделе в СМИ просочилась новость о едва избежавших столкновения двух самолетах в небе над Омском. Вечером 15 февраля чудом разошлись Ан-72 и Ил-76. Сообщалось о своевременных действиях авиадиспетчеров, которые предотвратили происшествие. Но как они в принципе допустили сближение бортов?

Омск так и остался бы в общефедеральной ленте, если бы не новости из иркутской диспетчерской среды, вопиющие о кадровой ситуации в системе управления авиадвижением.

Проблема в том, что за безопасность полётов в Иркутской области, Бурятии и Забайкальском крае с некоторых пор отвечает профсоюзный лидер. Ни должного опыта, ни требуемой квалификации для занятия руководящей должности у него нет. Трагикомическая история началась в сентябре прошлого года с назначения на должность врио Зонального диспетчерского филиала – Начальника Регионального центра Единой системы организации воздушного движения некоего Евгения Мельгунова (поговаривают, ставленника Федерального профсоюза авиадиспетчеров).

За несколько лет своей карьеры Мельгунов преуспел только в одном – в активнейшем участии в профсоюзном движении. Как вице-президент Федерального профсоюза авиадиспетчеров (ФПАД) он «боролся с системой» за права работников и требовал от работодателя (ФГУП «Госкорпорация по организации воздушного движения») дополнительных привилегий членам профсоюза, грозя в ином случае прекращением обслуживания воздушного движения – попросту говоря, забастовками. Какие чувства должен испытывать командир воздушного судна на эшелоне 10 000, за спиной которого две сотни живых душ, вдруг узнав, что прямо сейчас на земле диспетчеры Мельгунова отстаивают свои права? Никто не говорит, что профсоюз не должен работать, а законные права диспетчеров – злостно попираться, но у всего есть и предел, и здравый смысл, и профессиональная ответственность.

Но, видимо, профсоюз авиадиспетчеров настолько высоко взлетел, что может себе позволить продвигать свои креатуры, минуя несколько должностных ступеней, на самые ответственные и компетентные в системе должности. А те и рады стараться: вступив в права, Евгений Мельгунов с ходу в программной речи объявил всему диспетчерскому составу три главных правила:

1. Хочешь карьеру – вступай в профсоюз.

2. Не хочешь проблем с работой – вступай в профсоюз.

3. Главная задача диспетчера – вступай в профсоюз.

Что значит «не хочешь проблем с работой»? Простой пример. В зоне ответственности иркутского центра в Улан-Удэ один из диспетчеров – активных членов профсоюза – систематически во время дежурства использовал мобильный телефон в личных целях. Опасные действия общительного улан-удэнского диспетчера зафиксированы и доложены для воздействия руководству филиала. Но Мельгунов стеной встаёт за члена профсоюза, и – ничего не происходит. Здесь важно отметить, что во всероссийской практике зависимость отдельно взятого диспетчера от гаджетов уже приводила к опасному сближению воздушных судов.

За несколько месяцев руководства со стороны Мельгунова были и другие неадекватные кадровые решения, в результате которых опытные и ответственные сотрудники оставляли свои должности из-за разногласий с профсоюзом по поводу необходимости соблюдения диспетчерами строгих должностных инструкций. Но у профсоюза другие приоритеты: лояльность, лояльность и ещё раз хорошие отношения с Мельгуновым.

Диспетчерский состав старой закалки пребывает в полном недоумении от незнания своим руководителем служебной документации документов, которую он ничтоже сумняшеся демонстрирует на каждом методическом совете. Казалось бы, ну не знает и не знает, но ты сиди-молчи, слушай людей умных – тех, кто знает. Но нет. И выходит, что диспетчера теперь мечутся между указаниями начальника и реальными требованиями по безопасности полетов. Несоблюдение первых может привести к увольнению, вторых – к трагедии.

Кому-то на новой должности старый багаж помогает, кому-то мешает. Профсозного лидера, назначенного на должность по указанию президента ФПАД России, в коллективе и до кадрового взлета не очень-то уважали. И звали его за глаза «девочка», потому что любой вопрос в среде коллег Мельгунов решал исключительно при помощи жалоб старшим. А нет уважения к руководителю – нет нормальной работы. Чем такая ситуация грозит в столь важной отрасли, как организация воздушного движения, не хочется даже думать.

К сожалению, Мельгунов в силу отсутствия подготовки в качестве руководителя способен быть только передатчиком воли своего руководства – на большее ни авторитета, ни знаний не хватает. Однако в практической деятельности оперативных органов Восточной Сибири необходимо учитывать все местные особенности, что невозможно отследить в должной мере из Москвы.

Подобное «ручное управление» рано или поздно окажет негативное влияние на работу оперативных органов, а выправление ситуации потребует дополнительного времени и ресурсов. Но ведь очевидно, что ситуации в повседневной деятельности авиадиспетчеров бывают разные, зачастую подразумевающие решение вопросов безопасности в секунды, как, например, в Омске. Что тогда? Профсоюз поможет?