Обращение к верхним этажам

Девять обманутых человек объявляют голодовку, и вдруг оказывается, что никакого государства нет. Ни сильного, ни слабого, никакого...

Российский флаг веет над балконом двенадцатого этажа и осеняет собой квартиру в доме-новостройке в Домодедове, где идет голодовка обманутых дольщиков. В сумрачной прихожей, на шурупе, ввернутом в голую бетонную стену, висит книжечка — Конституция России. Под ней — лист бумаги с телефоном службы собственной безопасности МВД. Это на случай, если милиция пойдет на штурм квартиры. Вот и весь антураж голодовки.

Ах да, еще ноутбук. Мы же не варвары какие-то, мы же живем в эпоху хай-тек! И поэтому голодовка транслируется в Сеть в режиме онлайн. Зрителей не так уж и много — ну понятно, это не футбол и не «Евровидение»! — но они есть. Звук плохой. Изображение тормозит. Это потому, что беспроводной интернет от скайлинка не выдерживает видеотрансляций.

Когда Роман Мурашев (о себе он говорит: «Я голодую», и будто старая, крестьянская Россия возвращается к нам в этом слове) рассказывает новости очередного дня голодовки, внизу под рамкой экранчика сменяются рекламные слоганы. Это усиливает ощущение бреда. Вы заплатили за квартиру, а вам ее не дали? Не беда! Недвижимость в Дубае. Квартиры в ОАЕ: престижно и выгодно. Заполните анкету и узнайте больше!

У вас лихорадочным блеском блестят глаза, и вы каждый день отдаете борьбе с абсурдом килограммов своего веса? Отвлекитесь, в вашем положении лучше думать не о работе почек, а о брильянтах! Ювелирная выставка в Москве. Ювелирный вернисаж.

Людям все равно, кто решит их проблему. И мне тоже все равно, кто решит их проблему. Левая или правая политическая сила, либерал или националист, или вообще беспартийный активист. Но дело в том, что из всей этой пестрой, падкой на саморекламу, рвущейся в телевизор толпы политиков в Домодедове не появился ни один.

«Справедливая Россия» не появилась. Видимо, они считают, что случай мелкий, они хотели бы восстанавливать справедливость в более крупных делах. А это что такое? Ну голодают девять человек из-за каких-то квартир, пьют мелкими глотками воду. Это же не сухая голодовка? Значит, протянут долго, а там, глядишь, и само рассосется…

Господин Жириновский, вы же защитник русских и бедных? Вот они лежат на синих надувных матрасах в полудреме голодовки. Они воюют с компанией «Дружба». Им не помогает государство. Они в своей беде одиноки, как дети. Что же вы молчите?

А партия «Яблоко», партия гуманистов и интеллигентов, где же ты, ау! На десятый день голодовки три лидера партии отправились к президенту Медведеву, где рассказывали о своем взгляде на происходящее в стране. Я ни в коем случае не осуждаю людей за их аппетит, но как трое сытых мужчин могли докладывать четвертому сытому о стране, когда рядом с ними — час езды, не больше — в страдании добровольного голода находились несколько пожилых и молодых женщин с запавшими глазами?

Девять обманутых человек объявляют голодовку, и вдруг оказывается, что никакого государства нет. Ни сильного, ни слабого, никакого. Есть только люди, решающие свои проблемы, сидя в кабинетах с кондицией, есть только владельцы черных служебных машин с мигалками, есть только получатели огромных зарплат, а вот власти, которая могла бы решать проблемы, — нет.

У голодающих, как и у всех граждан России, есть свой депутат в Госдуме. Но они даже не знают его имени. Правильно, зачем занимать голову лишним знанием? Все равно этот депутат сюда не придет. И он не приходит. Так же, как депутат областной думы. Их избиратели голодают, но они, видимо, об этом даже не знают, потому что живут на небесах. Там мягкие подушки и сладкие обеды. А тут… что тут?

Тут стоят строительные козлы, на которые аккуратно натянута синяя пленка. На козлах стоят пластмассовые стаканчики и чашки и полупустая бутылка воды «Новотерская». Девять человек питаются воздухом и водой. Потому что им нужна справедливость.

Я слышал, в России есть прокуратура. Я даже видел один раз главного прокурора по телевизору. Но в ситуации наглого грабежа прокуратура почему-то отсутствует. Компания «Дружба» собрала деньги с людей и не дала им квартир. Если это не грабеж, то что это? Видимо, вопрос настолько сложен, что прокуратура думает над ним пять лет.

Я рассказал об этой вопиющей ситуации другу, который работает чиновником в одном ведомстве. Он задумался, а потом стал объяснять мне о разделении властей. Есть власть исполнительная, есть судебная. Есть еще представительная власть. Вот прежде надо понять, какая из этих властей должна решать проблему. ДА, НО ЛЮДИ ГОЛОДАЮТ! (сказал я.) Неприятно. Но что поделаешь? (отвечал он.)

Премьер-министр Путин приехал в Пикалево и решил проблему. Мне совершенно все равно, как это комментируют пикейные жилеты и знатоки интриг, мне важно, что он дал людям зарплату и запустил заводы. Я думаю, и жителям Пикалева тоже важно именно это. И это пример: приди и реши! Генерал Корнилов летом 1917 года говорил: «Россию спасут не партии, а отдельные люди!» Ну, и где этот отдельный человек, который не побоится прийти к голодающим в Домодедово и сказать: «Мы сейчас общими усилиями решим вашу проблему!»

Гражданское общество возникает не на заседаниях статусных правозащитников. И не на торжественных форумах в Кремле. Оно возникает в этой серой бетонной коробке, в которой в мучительном бездействии, с каждым днем теряя силы, находятся девять голодающих людей. Матрасы, на которых они лежат, куплены в складчину. Спальные мешки, в которых они спят, отдал для общего дела один из обманутых вкладчиков по имени Егор. Модем и безлимитный интернет имеют то же происхождение. И врач, который меряет голодающим давление, он тоже один из обманутых вкладчиков. Он приехал сюда, в окраинный район, в свой выходной.

Гражданское общество возникает с трудом и болью, и не только потому, что у нас такая власть. Оно возникает с трудом потому, что такие мы. Девять голодающих приносят себя в жертву за общее дело, а на митинг поддержки собираются несколько десятков человек из тех 2500 семей, что не получили квартир. Солидарности нет, это в Польше была «Солидарность».

Голодовка по-русски — это когда люди ставят на карту здоровье, а человек в штатском объясняет им, что поставить у дома машину «скорой помощи» нельзя, потому что для государства это дорого. Денег нет! Поэтому ставят у дома машину с двумя милиционерами. Голодовка по-русски — это когда голодают мамы маленьких детей, а здоровые мужики пишут им письма поддержки по электронной почте. Голодовка по-русски — это когда голодающие пишут письма в сто газет с просьбой обратить на них внимание, а газеты внимания не обращают. Почему? Потому, что в эти дни есть более важная тема! Какая? А выборы в Иране!

Голодовка по-русски — это когда люди голодают и третий, и шестой, и девятый день, а к ним не приезжает никто. Никто. И до людей постепенно начинает доходить, что они ошибались, считая, что могут голодовкой обратить на себя внимание. Как же! Никто никакого внимания не обращает на голодающих. Вот если они выползут на улицу и лягут поперек тротуаров, то их, конечно, заберет милиция, а так… так пусть лежат.

Прежде всего до них нет дела тому, кому должно быть дело в первую очередь, то есть губернатору Громову. У голодающих единственное требование: чтобы он взял дело под свой контроль, разобрался в нем и сказал, когда они получат квартиры. Его слову они верят. Но губернатор молчит. Там, на верху власти, в своем обшитом темными деревянными панелями кабинете, он впал в молчание и молчит, как маленький важный божок. Почему он молчит? Разве не его обязанность вмешаться, когда происходит такой беспредел? Но он упорно молчит, словно испытывая своим молчанием силу и терпение голодающих.

Молчит и патриарх Кирилл. Его паства доводит себя до обмороков в голодовках, а он молчит. Конечно, богословы лучше меня знают тонкости православия, но все-таки я читал, что Христос был не на богослужениях с сильными мира сего, а там, где нищие, и больные, и бедные, и ограбленные. Но в квартиру, где голодают обманутые компанией «Дружба» люди, не пришел ни один священник. Но это не Бог оставил этих людей, а всего лишь Церковь.

Давно, еще в девяностые, я читал, что однажды в Праге, на площади перед президентским дворцом, уселся старик-бомж и заявил, что объявляет голодовку. Требований его я не помню. То ли он хотел, чтобы всех коммунистов посадили, то ли, наоборот, чтобы их вернули к власти. Но это не важно. Важно другое. Президент Чешской Республики Вацлав Гавел, узнав, что поблизости уже третий час голодает сумасшедший старик, вышел из дворца, чтобы поговорить с ним. Вацлав Гавел не испугался, что завтра все люди станут объявлять голодовку и ему придется говорить со всеми. Он считал себя президентом, в том числе и этого неопрятного, не вполне нормального старика. И он не побоялся выйти на площадь и говорить с ним.