Русский как иностранный?

То, что В. Путин и Ю.Тимошенко во время своей недавней встречи в Ялте говорили без переводчиков по-русски, ни у кого не вызывало удивления.

Но то, что точно так же общались между собой В. Ющенко и М. Саакашвили, два политика, которые не раз выступали за ограничение использования русского языка в своих странах, доказывало право "великого и могучего" по-прежнему считаться языком межнационального общения. И не только на территории государств, получивших самостоятельность после распада СССР. Даже в такой международной организации культурного сотрудничества тюркских государств, как ТЮРКСОЙ, создание которой было инициировано Турцией в начале 90-х годов прошлого века, русский используют наравне с турецким - представителям Азербайджана, Киргизии или Казахстана на нем общаться куда как проще, чем на турецком. Во всяком случае тем людям, которые еще успели закончить советские школы. Да и в странах Восточной и Центральной Европы можно поговорить по-русски с теми, кому за сорок. Именно поэтому русский язык сохранился не только как главный инструмент общения в СНГ, но и как один из мировых языков в ООН и ЮНЕСКО. Для наших же соотечественников, которые в эти дни проводят свой Конгресс, русский язык - это объединяющий их с Россией фундамент.

Но нельзя не понимать, что за минувшие двадцать лет произошли необратимые изменения даже на постсоветском пространстве. И в тех странах, в которых, как в Украине и Грузии, в законодательном порядке вытесняется русский язык из государственного обихода, и в тех, где он формально сохраняет свое значение в качестве инструмента межнационального общения. И дело даже не в том, какое количество русских и русскоязычных граждан проживает в той или иной стране "нового зарубежья" и какими правами они пользуются, - сегодня нет ни одной страны СНГ (быть может, за исключением Белоруссии), где бы национальный язык не пользовался особым патерналистским отношением со стороны государственной власти. Национальное строительство, безусловно, предполагает определенные гарантии, которыми должны обладать меньшинства, но "евростандарт" предполагает лишь гарантии общего образования на негосударственном языке. И ни одна международная организация не будет протестовать против того, что все высшее образование переводится на "титульный" язык той или иной страны. А это значит, что молодые люди и их родители, если они не собираются уезжать в Россию, будут озабочены не столько знанием русского, сколько овладением того языка, на котором они будут получать высшее образование. И при всем уважении к Пушкину, Толстому и Булгакову русский язык в этом случае становится лишь одним из мировых языков, которые лучше знать, чем не знать. Но вовсе не единственно необходимым.

Во время Дней российского телевидения в Армении, которые проходили в середине ноября, мы еще раз почувствовали, что слова "стратегическое партнерство" - это не вежливая формула, но выстраданная нашими народами общая историческая и духовная ценность. Мы с благодарностью вновь прикоснулись к древней земле великого народа, который из камня творит жизнь и молитву. Россияне любят Армению, армяне любят Россию, и поэтому мы говорили друг с другом о том, что считали важным. Совершенно очевидно, что во взаимоотношениях наших культур и языков больше не работают старые советские схемы, новая реальность требует новых подходов. Нет автоматизма существования в замкнутой системе бывшего советского государства - огромный мир в равной степени открыт для русских и армян. При этом важно помнить, что Армения изначально была в значительной степени мононациональной республикой. В советское время здесь проживало 93% этнических армян, а сегодня - 98%. Два с половиной миллиона армян живут в России, около двух миллионов - в США, полмиллиона - во Франции, многочисленные армянские сообщества после трагедии 1915 года обосновались в странах Ближнего Востока.

Арину Шарапову, Кирилла Клейменова и Святослава Бэлзу, равно как и других членов нашей делегации, не только узнавали на ереванских улицах, но и вступали с ними в живой диалог, доставляющий радость всем собеседникам, однако сухая статистика свидетельствовала о падении интереса армянской публики к российскому телевидению. По информации, полученной нами от наших армянских коллег, доля российских каналов на национальном рынке Армении за последние три года сократилась более чем в три раза. Они объясняли это тем, что международные версии наших каналов из-за необходимости соблюдать авторские и смежные права теряют в качестве и становятся менее привлекательными для публики.

Но мне кажется, что это не единственная причина такого явления. Армянская аудитория все больше интересуется собственными проблемами, ее в значительной степени беспокоят региональные и национальные новости, наконец, она привыкает (или уже привыкла!) смотреть телевизор на родном языке.

Вовсе не случайно выбрал Армению для этих заметок о современном бытовании русского языка - страну, где к русским относятся с искренней любовью и уважением, где в России видят братское государство, куда могут безбоязненно отправиться для продолжения учебы или поиска работы. Здесь понимают значение русского языка, но в сегодняшней жизни он, вступая в естественную конкуренцию не столько с родным, сколько с другими мировыми языками, утрачивает свою исключительность, коей обладал, когда мы жили в одном советском государстве.

Подобная ситуация сегодня характерна для всех стран, образовавшихся на месте бывшего СССР, и тех, что составляли социалистический лагерь, как, впрочем, и для всех остальных, где русский язык изучают наряду с английским, французским, немецким или китайским. Не устаю повторять, в современном мире интерес к языку и культуре другой страны во многом и прежде всего определяется тем полем возможностей, которые открывает эта страна, ее привлекательностью для творческой, научной, социально-экономической реализации молодого человека, открывающего для себя мир. Для таджика, приезжающего в Россию, русский язык столь же важен, как для болгарина, направляющегося в Италию на работу, итальянский. Разумеется, есть общий исторический опыт, есть традиции соседства, поэтому необходимо продолжать усилия для сохранения особого статуса русского языка в СНГ, но важно и отдавать себе отчет в том, что его в ближайшие лет сто не будут учить только потому, "что на нем разговаривал Ленин".

Именно поэтому так необходимо заново выстраивать агрессивную (не боюсь этого слова!) стратегию продвижения русского языка в современном мире. Нужны новые учебники и методические пособия для учителей. Нужно готовить "педагогов для педагогов", которые смогут научить своих коллег в разных странах. Немалые положительные усилия предпринимает в этом отношении фонд "Русский мир", но в этом процессе нужны системные действия разных государственных и общественных институций. И не надо переживать по поводу того, что даже в близких нам государствах русский язык будут изучать как иностранный, а не как особо привилегированный. Он способен выдержать любую конкуренцию, ведь не случайно Томас Манн называл русскую литературу "святой".