Кризисное детство

Предложено создать единый телефон доверия для подростков.

Перефразируя Льва Толстого, можно предположить, что каждый униженный ребенок несчастлив по-своему.

Кого-то истязают родители, над кем-то издеваются сверстники. Кто-то терпит оскорбления из-за своего характера, кто-то в силу своих физических недостатков. Иногда издевательства становятся невыносимыми и приводят к трагическим последствиям.

Как предотвратить непоправимое? Как избежать насилия над детьми в семье и в школе? И чем может помочь государство таким детям? Свою позицию изложил Уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович:

- Само явление насилия над детьми в России очень плохо изучено. На подобного рода исследования выделяется крайне ограниченный бюджет. Тем не менее в этом году мы нашли средства на изучение наиболее закрытого аспекта этой темы - жестокости в семье. Важно оценить масштабы проблемы, понять ее специфику. Сложность заключается в том, что эта проблема проявляется только тогда, когда ситуация становится по-настоящему критической. Нам же следует заниматься в первую очередь предупреждением и сопровождением, профилактикой таких семей. И конечно, давно пора переходить к их реабилитации. Не следует лишать родительских прав навечно. Нужно налаживать отношения с кровной семьей, пытаться вернуть ее к нормальной жизни. Все-таки для ребенка даже такая родная семья, как правило, лучше, чем казенное учреждение. К сожалению, в нашем законодательстве прямо не указано, что органы опеки и попечительства должны заниматься подобной профилактической работой.

В Москве создана и действует сеть кризисных центров временного пребывания детей и подростков, куда на короткий срок помещаются дети, изъятые из семей во время острой конфликтной ситуации. Кроме того, в Москве действует около 10 центров содействия семье, которые занимаются поддержкой кризисных семей. Конечно, выявлением проблем должны заниматься местные органы, муниципалитеты. Невозможно с помощью 10 центров решить эту сложную проблему. Раннее выявление неблагополучия - дело наиболее сложное, но особенно необходимое. Недавно я просматривал статистику и обратил внимание, что в противовес другим статьям значительно вырос показатель выявления проблем у детей в семьях. Оказалось, что персонал органов опеки и попечительства, отвечающий за этот вопрос, был увеличен в два раза.

Первое современное средство, которое мы развиваем, это телефоны доверия для подростков. В Москве существует несколько номеров, и все они активно используются. Проблема в том, что они не слишком известны. В этой связи мы предприняли шаги по созданию единого телефона доверия для всего города. Но сейчас эта работа приостановлена, поскольку поступило предложение создать единый телефон доверия для детей по всей России. Информация об этом номере будет распространена во всех детских учреждениях, школах, поликлиниках, лагерях, кинотеатрах. Естественно, планируется рекламная кампания в СМИ. Будут показывать, как это происходит, как помогает и т.д. Если ребенок не знает, что делать, но знает, куда звонить, ему надо помочь. В конце концов, это может быть не только отчаяние, это может быть милицейская или медицинская проблема, тогда будут переключать на соответствующие органы. Сейчас решается проблема технического плана. Видимо, номер будет простой, но не короткий. Если не удастся быстро создать единый федеральный номер, мы в Москве сделаем свой.

Мы также собираемся развивать специализированные сайты, которые будут объяснять, как поступить в той или иной ситуации, куда следует обратиться. Для подростков это актуально - они много времени проводят в Интернете. В перспективе мы хотим такие сайты завязать на телефон и создать взаимосвязанную информационную базу.

Еще один инструмент, который мы собираемся использовать, - детские общественные советы. Подросткам обычно легче общаться в своей среде, чем среди взрослых. Недавно я встречался с детским общественным советом Москвы, в который входят представители более 400 движений и организаций. Это толковые, продвинутые и достаточно активные ребята, настоящие лидеры. В основном из достаточно благополучных семей. И я, во многом неожиданно для них, попросил содействия в этом непростом вопросе. Ведь они раньше, чем любой учитель, могут заметить, когда с кем-то из ребят что-то не то происходит. Я постарался убедить их, что задача не в том, чтобы кого-то наказать, а в том, чтобы раньше выявить и помочь.

Наряду с семьей школа является главным образовательным, воспитательным и социальным центром. Мы будем продолжать развивать институт уполномоченных по правам участников образовательного процесса в школе. В Южном округе столицы этот эксперимент продолжается уже практически 10 лет. С одной стороны, он проходит успешно, и участвующих в нем школ уже около ста пятидесяти. С другой - институт школьных омбудсменов совершенно не получил развития в других округах города. Я не считаю, что все школы с 1 сентября должны ввести должность уполномоченного, но необходимо, чтобы с 1 сентября этот эксперимент начался во всех округах.

Важно понимать, что не может быть нормального уполномоченного по правам участников образовательного процесса в авторитарной полуказарменной школе. Ведь речь идет о выборах, которые на альтернативной основе проводит общественный совет, куда входят старшеклассники, родители, учителя, управляющий совет школы. Это изменение всей атмосферы школы. Все это происходит по закону об образовании, в котором говорится об общественно-государственном управлении школой. Это элемент общественного управления школой. Более того, когда происходят конфликтные ситуации, и директор, и администрация школы чувствуют себя гораздо более надежно, если есть уполномоченный. Недавно я встречался со своими коллегами из других регионов России - в той или иной форме эта работа ведется во многих местах. Я буду добиваться создания эффективной системы общественного контроля - единственной системы в стране, где нет никакой подчинительной вертикали. И еще одно, в этом вопросе создание общественной атмосферы не менее важно, чем законодательные акты.