Междуреченский бунт

Взрыв на шахте "Распадская" в Междуреченске быстро перерос в социальный взрыв.

Вечером, в 20 часов по местному времени 14 мая 2010 года на Весенней площади состоялся многолюдный стихийный митинг.

Первоначально это было собрание памяти погибших шахтеров, однако, в накаленной атмосфере города, оно быстро превратилось в митинг протеста, в котором участвовало около 2 тысяч человек.

Взрыв на "Распадской" стал последней каплей в чаше терпения шахтеров. На митинге было высказано недовольство низкой зарплатой. "Пусть знает вся страна, сколько шахтеры получают за то, что каждый день рискуют жизнью. В лучшем случае, когда выполняем план, это 30–40 тысяч. В обычный месяц живем на 16–20 тысяч", - рассказывала жена одного из горняков Людмила. До этого представители руководства шахты утверждали, что шахтеры якобы получают по 80 тысяч рублей в месяц.

Участники митинга потребовали введения уголовной ответственности за смерть каждого шахтера, ввести жесткий контроль за безопасностью в шахтах, а также решить проблему заработной платы. Потребовали также встречи с генеральным директором шахты Геннадием Козовым, Аманом Тулеевым и Владимиром Путиным.

Шахтеры, их родные и друзья, стояли на Весенней площади около двух часов, и к ним никто не вышел, никто их не стал слушать. Люди стали понемногу расходиться, и тогда около 300 человек, кто остался на площади, пошли к администрации Междуреченска требовать встречи с мэром Сергеем Щербаковым. К нему была пропущена группа из 10 человек из числа инициативной группы.

Ответ мэра, по всей видимости, и перевел ситуацию из более или менее организованного митинга в беспорядки. Щербаков не нашел ничего лучшего, как ответить, что претензии "уж точно должны звучать не в его адрес". Мол, мэр Междуреченска тут совсем не при делах, он лишь может поговорить с собственником шахты.

Известие об этом взорвало толпу. Около 200 участников митинга примерно в 22:00 местного времени, в основном молодые люди, двинулись перекрывать железнодорожную ветку Новокузнецк - Абакан, и заблокировали пути в районе переезда 69 км перегона Карай – Междуреченск. Движение было перекрыто около 2 часов 30 минут, и были задержаны 20 грузовых поездов и пассажирский поезд № 676 Новокузнецк – Абакан. Только после того, как толпа перекрыла железную дорогу, Щербаков вышел к людям, заявил, что Тулеев приедет завтра, но было уже поздно. Убеждать в чем-то толпу было уже нельзя. Вскоре произошло столкновение с ОМОНом.

Официальная версия, высказанная губернатором Кемеровской области Аманом Тулеевым, что мол, перекрытие железной дороги было организовано "провокаторами и уголовниками", поражает своей нелепостью. Из всего происходящего очевидно, что истинным детонатором беспорядков выступил именно мэр Междуреченска Сергей Щербаков. Именно он своими речами, своим нелепым заявлением, что к нему нечего мол обращать претензий, толкнул людей на перекрытие железной дороги и столкновением с ОМОНом. Он не захотел ни слушать людей, ни говорить с ними. Как следствие, пожал вспышку гнева и беспорядки.

На следующий день, 15 мая, в Междуреченск приехал Аман Тулеев, который встретился с инициативной группой шахтеров, пообещал им во всем разобраться. Однако, есть веские основания полагать, что уже поздно, и маховик социальной нестабильности уже запущен. Тулеев, своей нелепой версией ночного столкновения, оттолкнул от себя горожан. Губернатор, похоже, не понимает, какой тяжелый урон он нанес своими заявлениями авторитету власти. Если принимать его версию всерьез, то выходит, что люди совершенно не верят власти, до такой степени, что готовы слушать и подчиняться "провокаторам и уголовникам".

Самое главное, трудно поверить, что обещания Тулеева сбудутся. Проблему безопасности на шахтах нужно было решать много лет назад. Самое позднее - после взрыва в 2007 году на шахте "Ульяновская". Уже тогда было понятно и очевидно, что проблема требует неотложного решения. За три года ничего сделано не было, и это с очевидностью видно по взрыву на "Распадской". Кто теперь может гарантировать, что проблема безопасности будет кардинально решена?

Тулеев пообещал шахтерам зарплату в 40 тысяч рублей после восстановления шахты. Однако, платить будет не он, а владельцы шахты, и они пока такого согласия не давали, да и вряд ли дадут. Потом, на шахте сильные пожары, которые вынудили спасателей 14 мая остановить работы в шахте на несколько дней. Шахту стали топить, чтобы погасить пожары в выработках. В свете всего этого перспективы восстановления шахты становятся весьма туманными, и вполне может оказаться так, что "Распадская" повторит судьбу шахты им. Шевякова, которая после взрыва в 1992 году была затоплена и закрыта. Так что вексель, выданный Тулеевым шахтерам легко и просто может оказаться необеспеченным. Такие обещания могут только усугубить ситуацию.

Наконец, в блогах многие пользователи высказали очень странное мнение, что мол, так "шахтерам и надо", поскольку они виновны в развале СССР, при котором они "получали больше всех". Эти "совпатриоты" совершенно забыли, что шахтеры тогда выступали против того же самого, против чего выступают и теперь: против пренебрежения безопасностью, против тяжелых условий труда, против погони за планом добычи ценой жизней шахтеров. Все эти явления родились именно тогда, еще при СССР.

Особенно дико звучит обвинение шахтеров в том, что они "получали больше профессоров". Так это и неудивительно, поскольку профессор не дышит атмосферой из смеси воздуха, метана и угольной пыли, он не рискует каждую минуту своей жизнью. На профессора не рухнет внезапно потолок аудитории, из стены не вырвется залповый выброс метана, а по коридору не пронесется ударная волна взрыва. Опасный для здоровья и жизни труд и должен оплачиваться выше.

Пожалуйста, можно и не соглашаться с высокой оплатой труда шахтеров. Но тогда нужно вкладывать в развитие технологий добычи угля без людей, в создание подземных автоматов, в добычу угля с помощью химических реагентов и газификации.

Требовать же от шахтеров лезть в шахту, рисковать жизнью ради угля и прибылей собственников шахт, и при этом возмущаться их требованиями высокой оплаты, - это показатель глубокого морального разложения таких "критиков" шахтерских требований.

Думается, что конфликт дальше будет только разгораться. К шоку и гневу от взрыва на "Распадской" теперь добавился шок и гнев от митинга вечером 14 мая, от действий ОМОНа и от обвинений Амана Тулеева. Потому крайне сомнительно, что он сумеет договориться с шахтерами и успокоить волнения.