Татьяна Догилева: «Идет какой-то страшный спектакль»

Знаменитая актриса и режиссер встала на защиту исторической застройки района Патриарших прудов.

Татьяна Анатольевна Догилева — не единственная и не самая всемогущая знаменитость, живущая по соседству с разрушительной стройкой в Малом Козихинском переулке, затеянной компанией «Студия Тритэ» Никиты Михалкова. Но из всех живущих на «Патриках» известных людей пикетировать стройку вышла она одна.

18 ноября жители района живой цепью перекрывали движение бетоновозов, подъезжавших к стройке. Актриса вместе с другими активистами оказалась в ОВД «Пресненское». Все были отпущены в тот же день при содействии депутата Госдумы Николая Левичева. Противостояние продолжается.

— Уже третья цементная компания отказывается работать с этой стройкой. Первый водитель сказал, что не хочет наезжать на людей. Два других испугались, что, пока они стоят заблокированные в переулке, цемент застынет. Представитель заказчика, бывший милиционер Георгий Варфоломеев в какой-то момент не сдержался и стал кричать в трубку: «Звони Руслану, пусть вызывает второй наряд». Тут же приехал майор Руслан и на все просьбы показать документы отвечал отказом. Задержал первого попавшегося парня: «Для установления личности». Начальника ОВД «Пресненское» Валерия Щеглова я попросила содействовать исполнению милицейских инструкций, ведь под личиной милиционера без документов может прятаться бандит. Тем более майор приехал по звонку, и у нас создалось ощущение, что он работает не на государство, а на заказчика. Я попросила провести внутренне расследование.

Это мой первый опыт частного сопротивления. Беспредел мафии, сросшихся с деньгами структур непонятного происхождения, зашкаливает. Я никогда не дружила ни с властями, ни с богатыми. Жила сама по себе и не хотела выступать против Никиты Михалкова. Была знакома с ним в молодости, кроме восхищения, он ничего не вызывал. Хорошо помню те дни — это был прекраснейший, щедрый, веселый, брызжущий талантом человек. Но когда люди позвонили и попросили выйти к стройке, которая разрушает их дома, я вышла. На моих глазах под корень разрушают мой район — так, как будто нас, людей, нет.

Я отдаю себе отчет, что активистская деятельность — это тяжело и хлопотно. Что успеха можно добиваться неопределенно долго и не добиться никогда. Что это отнимает огромное количество сил и нервов. Мне надо бы в покое быть, но — не могу. За справедливость надо бороться, нельзя давать разрушать твой дом. Все взаимосвязано. Чем скорее ты поймешь взаимосвязь того, что происходит на соседней улице с твоей жизнью, тем скорее начнешь поступать ответственно.

Идет какой-то страшный спектакль. Варфоломеев меня предупредил, что жильцы, вставшие на защиту своего дома, профессиональные революционеры. Были выпущены грязные листовки про жильцов со словами: «Осторожно, террор!» — с призывом хватать революционеров и тащить в милицию. После моего первого появления на стройке на «Компромат.ру» моментально появилась омерзительная клеветническая статья. Программа НТВ «Ты не поверишь!» приехала с просьбой об интервью по поводу стройки, а на экран вышло что-то невообразимое. Сейчас обсуждаю с юристом возможность подачи иска в отношении НТВ и «Компромат.ру».

Эти дни хожу и думаю: вот я — народная артистка. Одиноко живу своей жизнью. Не примкнула ни к одному союзу, ни к одному спору. Не служу в театре, сама ставлю свои спектакли. Да, я не ангел и не борец. Но… стало страшно жить в стране Россия. Сочувствующие люди нас предупредили, что против нас готовятся акции, такие же, как против Олега Кашина. Также мы знаем, что сторона застройщика (застройщик ООО «Студия Тритэ», инвестор ООО «Русстройбаланс», генеральный проектировщик ООО «Бюро архитектора Воронцова». — Ред.) готова подать на нас в суд за препятствие стройке, за нанесенный им материальный ущерб.

Мы — стихийные протестанты. Сама собирала подписи по кафе, парикмахерским, салонам красоты. Многие подписывали, но никто из знаменитых жителей Патриарших прудов пока не подписался, однако я верю в то, что и среди них найдутся смелые люди. Прохожие на улице говорят: «Мы за вас». Пока не присоединяются, идут по своим делам, но чем больше людей узнает, что есть те, кто поднимает голову против беспредела, тем лучше. Надо помогать каждому, кто в беде.

Даже если мы окажемся в тюрьме, чего крайне не хотелось бы, будет прецедент. Звонит подруга: «Перестань, я за тебя боюсь». Я ей: «Ты не бойся за меня, ты лучше помоги. В театре у себя собери подписи».

Но… Люди всегда были разобщены и гибли поодиночке.

Я не имею к оппозиции никакого отношения. Мы даже хотели поддержки от какого-нибудь непротивного политика — сочувствия не дождались. Собянин приостановил эту стройку на 10 дней, через неделю она опять началась: видимо, Собянин тоже не всесилен. И все-таки у меня есть надежды на нового мэра — я знаю, как его любили в Тюмени, которую он из занесенной колеи превратил в чистый освещенный город.

И я надеюсь найти артистов, готовых публично выступить против строительства. Конечно, это трудно. Никто не хочет с властью ссориться. Я тоже не хочу, но дело надо делать.