Наших детей убивают в армии
Один солдат погиб и 272 госпитализированы - таковы результаты загадочной эпидемии пневмонии, разразившейся в одной из частей Северо-Кавказского военного округа.
Даже несмотря на то, что военная прокуратура округа возбудила уголовное дело по факту болезни и гибели солдат-срочников, военные решительно закрывают любую информацию о состоянии дел. Несмотря на это корреспонденту "Известий" удалось проникнуть в закрытый госпиталь, в котором находятся заболевшие.
В войсковой части 72330 на плацу маршируют молодые солдаты, готовятся к торжеству - сегодня они принимают присягу. "Все плохо", - переговариваются тем временем офицеры. Здесь ждут оргвыводов в отношении командования части: более 200 новобранцев принять присягу не смогут - они находятся в местных военных госпиталях.
- Точное количество солдат, находящихся на лечении, и всю связанную с ними информацию я могу сообщить только после получения разрешения от начальника медицинского управления округа. Только он может дать разрешение и на посещение госпиталя, - сказал "Известиям" начальник окружного военного госпиталя Владимир Ватаманюк.
Однако начальник управления Рудольф Ан заявил: "Госпиталь может посещать только командующий. Посещение больных ограничено из-за опасности распространения ОРЗ, в госпитале карантин". Похоже, карантин распространяется только на журналистов. Корреспонденту "Известий" удалось попасть в госпиталь. Оказалось, что, несмотря на заявления о карантине, здесь довольно многолюдно - приходят родители солдат, без каких-либо ограничений пропускают целые группы девушек, похожих на студенток медвуза. Самые "тяжелые" больные, недавно переведенные из реанимации, лежат в одной палате (Дмитрий Горбунов, Сергей Смирнов, Игорь Шихалев). Они служили в разных ротах и заболели в разное время с интервалом в две недели, но симптомы у ребят одинаковы - кололо в боку, поднялась высокая температура.
- Мне стало плохо в ночь на 28 декабря, - рассказывает Дмитрий Горбунов. - Утром на построении еле стоял, темнело в глазах. Когда сказал об этом сержанту, тот направил меня в изолятор.
- Изолятор - это только так называется. На самом деле это бывшая бытовая комната, совсем маленькая, где лежали на двухъярусных кроватях 18 человек, - говорит Сергей Смирнов. - Изолятор находится в казарме. И в туалете, и в умывальнике мы встречались с другими солдатами. Фельдшер, такой же молодой солдат, давал нам какие-то таблетки от температуры. Лучше нам не становилось.
- Через несколько дней нас перевели в санчасть, - продолжает Дмитрий Горбунов. - Там нас послушал майор Витковский, сказал, что, мол, все пройдет, это мы просто "косим" от службы.
- Из санчасти Диме даже не давали позвонить. "Деды" требовали за звонок 5 рублей, а денег у него не было, - рассказывает дядя Дмитрия Виктор Горбунов. - Я несколько раз передавал через КПП продукты для него, но они до больных ребят так и не дошли. Как потом выяснилось, их съели на КПП "деды".
- 4 января нас отвезли на рентген, - вспоминает Дмитрий Горбунов. - Мы еле передвигали ноги. Рентген показал, что одно легкое у меня стало черным. После этого нас привезли в окружной госпиталь. Здесь нам поставили диагноз пневмония, гнойный плеврит.
Дмитрий потерял за 2 недели 7 килограммов. В его боку торчит трубка, по которой из легкого вытекает гной. Врачи реанимации рассказали его родным, что им пришлось искусственно поднимать давление у поступивших в реанимацию 12 солдат -- они были на волосок от смерти. Родители говорят о том, что из 12 человек, попавших в реанимацию, умер не один солдат, а пятеро. Замкомандира части по воспитательной работе Иван Кушнаренко заявил "Известиям", что "это бред". Однако стоит вспомнить, что и смерть на днях признанного погибшим Александра Дубовика долго отрицалась.
- За несколько дней до того, как мы почувствовали себя плохо, нам делали какие-то прививки - по три укола. От чего - не знаю. Сказали: "Всем делают - и вам надо", - говорит Сергей Смирнов.
Как сообщили "Известиям" в ростовском Комитете солдатских матерей, в комитет звонят родители новобранцев из разных регионов, просят узнать, не заболели ли их дети (самостоятельно выяснить это родителям довольно трудно). Многие родители боятся жаловаться военному начальству, опасаясь, что их сыновей после этого отправят в Чечню. Но есть и те, кто намерен подавать на воинскую часть в суд.
- Я уже ничего не боюсь, - говорит Вера Горбунова. - Сначала, конечно, надо поставить сына на ноги, а потом будем искать правды в суде. Те, кто допустил такое безобразие, должны за это ответить.
Одной из причин случившегося, как рассказали корреспонденту "Известий" Дмитрию Литовкину в Главном военно-медицинском управлении Минобороны (ГВМУ), стало невнимание должностных лиц к сохранению здоровья молодого пополнения. По словам начальника ГВМУ Ивана Чижа, проблема начала назревать еще 20 декабря 2002 года. Именно тогда в части появились первые заболевшие. Но так как в это время в учебный центр постоянно прибывало новое пополнение, командование не придало значения заболеванию нескольких солдат. Военная прокуратура продолжает следствие по уголовному делу, в рамках которого по статье "Халатность" обвиняется начальник медслужбы центра майор Владимир Витковский.
- Если дело дойдет до суда, то солдаты скорее всего будут признаны потерпевшими, - комментирует ситуацию адвокат Анатолий Мухин. - Родители военнослужащих смогут предъявить исковые требования о возмещении материального и морального ущерба.
Будут ли обращаться в суд родители умершего от пневмонии Александра Дубовика, сказать трудно - они до сих пор находятся в шоке. Как рассказывают односельчане, у матери Александра после случившегося появились проблемы с сердцем.
- Мать работает дояркой, отец - тракторист, хорошая семья. Военкомат и местная администрация помогли им похоронить Сашу, - сказал военный комиссар объединенного комиссариата Азова Сергей Павличенко. - Хороший был мальчик, в армии служить хотел.
